18 мая 1902 г.

16 мая я прибыл в село Павлодар для производства дознания по заявлению землевладельца купца Василия Михайловича Аносова по поводу самовольства и бесчинств крестьян сказанного села. Дознанием установлено, что в жизни села Павлодара за последние два года стали наблюдаться такие деяния, которые сами собой без постороннего вредного влияния создаться не могли. Самое обычное распоряжение и требование начальства, прежде принимавшиеся беспрекословно, стало вызывать непонятный протест: например отказались наотрез произвести раскладку окладных сборов, умышленно выбрали полицейских сотского и десятского почти калек и, несмотря на неоднократные требования станового пристава произвести новые выборы должностных лиц сельской полиции, к этому требованию отнеслись пренебрежительно. Отношения к волостному начальству, старосте и сборщикам установились такие невозможные, что на эти должности решаются идти люди совсем не подходящие ни по нравственным качествам, ни по способностям. Всякое мало-мальски настойчивое законное требование, помимо его неисполнения, вызывает кулацкую расправу: целыми толпами врываются в Волостное Правление или сборную избу, тушится свет и начинается расправа. Помещение Волостного Правления служит нередко местом для самых неподходящих оргий. Начало такого нежелательного настроения совпадает со временем пребывания в Павлодаре учителя земской школы Добронравова, имевшего на крестьян, водивших с ним знакомство, безусловно вредное влияние. Под влиянием Добронравова у некоторых крестьян сложилось твердое убеждение о том, что «господская» земля в самом скором времени отойдет крестьянам, «чтобы уравнять пользование ею и тем самым прекратить существующую до настоящего времени несправедливость». Это мнение, нисколько не стесняясь, в день моего приезда выражал открыто при всех Василий Герасимов Евстратов в беседе с жандармским вахмистром Трофимовым, которого из села Нижнего Шибряя я пригласил с собою в Павлодар. На вопрос Трофимова, откуда Евстратов почерпнул такие сведения, последний отозвался, что из книг, а каких именно — умолчал. Мнение Евстратова конечно разделяется многими из односельцев, но открыто его только проповедуют несколько отдельных лиц, которые как раз были особенно ревностными слушателями бесед Добронравова и в настоящее время они то и являются самыми вредными в смысле влияния на общество; все они хорошо грамотные, относительно зажиточные, на сходах играют первенствующую роль, к их словам прислушиваются остальные. Особенно вредными, в смысле влияния являются Василий Герасимов Евстратов, Иван и Василий Трофимовы Поповы и Петр Данилов Щербинин. Василий Евстратов стяжал себе славу отчаянного удальца напр[имер] таким действием — в 1900 году при большом скоплении народа въехал верхом на лошади в Волостное Правление, этим показал полное пренебрежение Волостному Начальству и самому присутственному месту, чем он очень пред однообщественниками похвалялся; на этих днях в присутствии свидетелей позволил сквернословие по адресу Государя Императора, о чем доношу особо. Иван Попов держит все общество, как человек зажиточный, в кредите, ссужая деньги под неимоверные проценты; влияние его на отдельных членов и на все общество собою понятно. Василий Попов человек нрава особенно опасного. Несколько раз он наносил побои старшине, писарю, не так давно учинил зверскую расправу с урядником, о чем донесено 1 мая за №323. Перечислить все бесчинства и безобразия, учиненные и учиняемые сказанными лицами, прямо не представляется возможным. За последние два года под влиянием этих четырех коноводов крестьяне села Павлодара стали весною травить лошадьми степи соседних землевладельцев купцов Аносовых. Аносовы с начала весны прошлого года относились к этому действию, как к озорству отдельных лиц и особого значения этому самовольству не придавали, ограничиваясь сгоном лошадей при помощи своих рабочих, привлечениями некоторых виновных к судебной ответственности. В нынешнем году потравы стали увеличиваться в зависимости от числа выезжающих на степь в ночное, лошадей охраняют уже не мальчишки, а сами домохозяева и в случаях распоряжений владельцев о сгоне лошадей со степи, оказывают открытое сопротивление, пуская в ход и камни и даже колья. Руководителями этих самовольств являются те же лица, кои выше поименованы.

Пред сходом я выяснил всю незаконность действий крестьян села Павлодара по отношению частной собственности, поставил на вид ту строгую ответственность, которую общество может понести за беззаконные действия отдельных негодяев. Вызвав вперед зачинщиков, предупредил их о всей строгости закона по отношению к таким как они, смутьяны и подстрекатели. Такое отношение к этим руководителям по-видимо[му] удивило все общество, не привыкшее видеть своих вожаков в такой унизительной роли. В защиту их не раздалось ни одного голоса. Оставляя 4-х зачинщиков около себя, я приступил к разъяснению необходимости исполнить требование Полицейского Управления относительно избрания сотского и 3-х десятских взамен нанятых обществом почему-то на жалованье и положительно негодных для исполнения своих прямых обязанностей. Сход после некоторого упорства принужден был мое приказание выполнить, избрав при мне же в присутствии Земского Начальника на казенные должности лиц по-видимому благонадежных по преимуществу зажиточных и конечно без всякого жалованья. За тем мною были даны указания становому приставу и участковому уряднику, как им надлежит поступать в дальнейшем, на случай возможного повторения самоуправств со стороны крестьян села Павлодара, рекомендуя в числе прочих меру, приводившую в этих случаях к удачным результатам, приглашение на помощь полиции сотских и десятских, из окрестных селений, не связанных с Павлодаром никакими интересами. Приговор об избрании сотских и десятских по селу Павлодару 17 мая утвержден Полицейским Управлением и препровожден к становому Приставу для немедленного приведения избранных к присяге. При бездействии власти сотские и десятские, в виду данных им приказаний, имеют быть подвергнуты дисциплинарному взысканию. По поданному заявлению купца Аносова виновные становым приставом имеют быть привлечены к судебной ответственности.

О последнем имею донести ВАШЕМУ ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ по возвращении из села Сабурова, Красно-Хуторской волости, куда вызываюсь Приставом 2 стана телеграммой по поводу произведенной крестьянами потравы лугов землевладельца Михайлова.

Уездный Исправник Ламанский.



Все новости Тамбова рано или поздно станут древностями.

Comments

Name (обязательно)

Email (обязательно)

Сайт

Speak your mind