Вследствие постановления общего собрания нашей архивной комиссии от 7 мая я входил лично и письменно в сношения с отделениями Московского архива Министерства юстиции с целью приобретения для нашего архивного хранилища наиболее важных в научном отношении архивных копий. И я должен с особенным удовольствием довести до сведения общего собрания, что мои предприятия встретили живейшее сочувствие и опытную поддержку со стороны нашего члена, московского архивиста И.Н. Николева. Для примера я имею честь предложить Вашему, милостивые государи, вниманию присланную мне нашим почтенным сочленом копию относительно приёма в 1659 году города Тамбова стольником и воеводою Иваном Андреевичем Полевым у стольника и воеводы Фёдора Ивановича Леонтьева. Названная мною копия даёт точное и подробное описание нашего города, с острогом и слободами, в половине XVII века, и потому, по моему мнению, заслуживает обнародования. Я полагал бы возможным напечатать её полностью в приложении к настоящему нашему журналу. В данном же случае я ограничусь кратким изложением рекомендуемого мной документа.

«Город Тамбов, — сказано в приёмной записи, — стоит на лугу на берегу реки Цны усть речки Студенца, а по городу 12 башен с двоими проезжими воротами, да водяные ворота к речке Студенцу для осадного времени».

Самый город Тамбов в описываемое время был невелик. Вокруг него по всей городовой стене от башни и до башни было 585 саженей.

«Да в городе,— продолжает наша запись,— был тайник, весь огнил и опал, и городовая стена над ним осела и воды в нём имати не мочно, а колодезя в городе нет».

Далее следует описание городовых строений, которое имеет несомненный интерес.

«Да внутри города, — читаем мы, — Соборная церковь Преображения Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, да в приделе Благовещение Пресвятые Богородицы, да в придел преподобного отца Михаила Молеина, да вверху придел великого Чудотворца Николы; а что в той церкви всякой церковной утвари и тому роспись у соборного попа Фёдора».

Кроме собора в городе построены были ещё следующие казённые здания: съезжая изба — горница с комнатой, перед ней сени с чуланом; а в съезжей избе государевы всякие грамоты у подъячих у второго Богданова да у Гарасима Камбарова да у Данилы Богданова. Рядом с съезжей избой стоял воеводский двор, за которым поставлено было 9 государевых житниц хлебных запасов к осадному времени. В городе же поставлена была тюрьма — отынена тыном, а в ней две избы.

Жилых дворов в самом городе Тамбове в 1659 году было немного. Вот все они наперечёт: двор соборного попа Фёдора, дьяконский двор, подьяческий второго Богданова двор, двор вдовы Марии, двор вдовы Агафьи да двор площадного подьячего Ивашка Богданова.

Вне города находился острог, который имел от башни до башни, по мере, 833 сажени с полсаженью и с получетью. Внутри острога находилась церковь Знаменской Пречистой Богородицы, а у той церкви поп Григорий.

«Да в остроге же,— читаем мы далее,— построен государев двор со всяким дворовым строением (а в том дворе живёт казачий голова Елисей Клементьев), да кружечный двор, да таможная изба, да 10 лавок — крыты тёсом».

К югу от города в 1659 году находилась Покровская слобода, а в ней две церкви: церковь Покрова Пресвятой Богородицы с приделы, другая церковь великой мученицы Поросковеи нарицаемой Пятницы; а что у тех церквей образов и книг, и риз всякой церковной утвари и колоколов и тому роспись у покровского попа Кирилла.

В то же время к северу от города Тамбова и острога, на Студенце, расположена была Пушкарская слобода, а в ней церковь Живоначалъной Троицы с приделом, а роспись церковному имуществу у Троицкого попа Семиона. В Пушкарской слободе жили в описываемое нами время пушкари, затинщики и воротники, между тем как в остроге и в Покровской слободе поселены были пешие казаки.

Позади Покровской слободы находилась сторожевая казачья слобода с церковью Рождества Христова, в которой настоятельствовал иерей Тимофей. В этой слободе построен был государев двор для приезда государственных полковых голов. В описываемое время головой тамбовских полковых казаков был Перфилий Бахтеяров. А за сторожевой слободой, к востоку, на берегу реки Цны стояли избы полковой слободы с церковью архистратига Михаила («а в ней попы Иван да Григорий»). Позади той слободы была ещё Панская слобода, а в ней Дмитриевская церковь («поп Стефан»).

К городу Тамбову в 1659 году приписаны были многие городки и острожки, подчинённые тамбовскому воеводе, например: Красногорский городок, Лысогорский городок, Крутой городок, Брюзгин городок, Горелый острожек, Ольшанский острожек, Двойнинский острожек, Диповский острожек и др. Все они находились близ Тамбова и рублены были из толстого дубового леса.

«А для вестей,— узнаём мы из нашего документа,— ездят до реки Хопра из Тамбова станичников 100 человек, а служба им в неделю».

Что Тамбов в 1659 году представлял собой крупный украинный пункт, это видно из тех лесных запасов, которые в то время заготовлены были правительством для ремонта тамбовских укреплений. Близ тамбовского земляного вала сложено было 65 560 брёвен дубовых, берёзовых и сосновых… Вся эта масса лесу предназначена была для ослонения земляной черты…

Другая копия, присланная нам из Москвы тем же лицом, относится к 1664 году. Она заключает в себе отписку козловского воеводы Ивана Вельяминова к царю Алексею Михайловичу о возобновлении им, по государеву указу, козловских укреплений.

«И которыя, Государь, козловския башни ветхие,— писал Вельяминов,— и я велел их подрубить лесом вновь и укрыть лубьём и тёсом; и надолобы, Государь, и острожки ветхие потому ж велел починить лесом вновь козловскими служилыми людьми».

Вообще же полученные мной из Московского архива копии, несмотря на их официально описательное и сухое содержание, представляют, по моему мнению, серьёзный научный материал для местной истории. Поэтому поддержание постоянных сношений с московскими архивами в вышесказанном направлении было бы крайне плодотворным предприятием в целях всесторонней разработки местной истории нашей комиссией.

Кроме И.Н. Николева нашим деятельным и весьма опытным московским корреспондентом состоит и И.Ф. Токмаков, имя которого давно уже известно всем нам. Его библиографические и архивные сведения настолько значительны, судя по моему личному близкому с ним знакомству и по отзывам о нём периодической печати, что его постоянное сотрудничество было бы для нашей комиссии серьёзной поддержкой. В настоящее время в моём распоряжении находится давным-давно присланная Иваном Фёдоровичем Токмаковым в редакцию «Тамбовских Губернских Ведомостей», мне же на днях переданная копия записной книги 1646—1647 гг. с показанием, сколько состоит за боярами и другими чинами вотчин. Не сомневаясь в научно-литературных достоинствах названного документа, я тем не менее просил бы ближайшего официального своего сотрудника В.В. Соловского обстоятельно рассмотреть записную книгу и о том, что в ней относится до нашего края, доложить следующему собранию для напечатания в нашем журнале.

Затем, милостивые государи, с чувством живейшего нравственного удовлетворения, я могу установить перед Вами тот утешительный факт, что в нашем распоряжении находится теперь такая относительно видная масса интересных старинных книг и любопытных архивных документов, что мы, при имении материальных средств смело могли бы приступить к изданию периодического архивного сборника местно-исторических статей и материалов… Конечно, это предприятие мы осуществим не спеша и по миновании всех тех внешних затруднений, с которыми пока мы имеем дело…

Заканчивая своё к Вам обращение, я прошу кого-либо из Вас, милостивые государи, принять на себя труд — рассмотреть две книжки и к следующему собранию дать о них отзыв. Я думаю, это поручение легко мог бы исполнить В.А. Заринский, как бывший опытный преподаватель истории русской литературы, которому произведения народно-отречённого цикла должны быть известны лучше, чем многим из нас.

«Известия тамбовской учетной архивной комиссии», №6



Все новости Тамбова рано или поздно станут древностями.

Comments

Name (required)

Email (required)

Website

Speak your mind