(Статья Р.П. Ситовского)

В бумагах покойного отца моего найдено было мною несколько различных сведений, касающихся Чернеева монастыря, сведения эти лежали у меня без всякого употребления, в настоящее время, с учреждением в Тамбове учёной архивной комиссии, предполагая, что всё, касающееся губернии, интересно будет для неё, я решился все эти отрывочные сведения сгруппировать, добавив некоторые из других источников и представить на благоусмотрение комиссии.

Чернеев монастырь находится в Шацком уезде при р. Цне, в расстоянии от древних Шацких ворот, или нынешнего города Шацка в 18 верстах. Это была южная часть земель бывшей мери, или нынешней владимирско-рязанской мещеры, расселившейся, как гласит предание, по всему краснолесью Рязанского и Владимирского княжений и обладавшей многими степными раздольями, даже в нынешних тамбовских землях, принадлежавших тогда под влиянием черноморья, большею частью мордовцам и другим бродящим народам. Из черноморцев важную роль тогда играли козары; воспоминание о них до сих пор хранится на одном перевозе (?) от Шацка через Оку в Рязань и во многих местах земли рязанской, из числа таких памятников, например: село Козары при Оке, близ Старой Рязани, там же Козарское Становище, речка Козара в Рязанском и Михайловском уездах.

Основателями Чернеева монастыря полагают трёх набожных христиан, пришедших от Чёрного моря. Из них один был грамотный, который вскоре умер, оставшиеся два безграмотных не знали никаких молитв и молились угодникам, изображённым на иконе, бывшей у них, такою простодушною молитвою: «двое нас, двое вас, святые угодники, молите Господа помиловать нас!» Эта легенда седой древности.

Место молитвы их впоследствии разорено было дикарями, и где после этого основали жилище своё простосердечные безграмотные черноморцы и как они окончили дни свои — неизвестно.

Через много лет возобновителем этой пустыни явился некий чёрный поп Матфий (как видно в прилагаемой при сём грамоте), он начал поновлять и поновил ветхую святыню, что было в самый год (1601) построения знаменитой московской колокольни Ивана Великого. Строитель Матфий как муж праведный и деятельный успевал и заниматься постройкой, и спасать голодных (во время существовавшего в России 1600—1602 гг. голода он, как гласит предание, будто предвидел это несчастие, и, получая от доброхотных дателей в урожайное время хлеб, наполнил им свои житницы обильно), голодавшие же, в знак признательности своей, усердно исполняли все его желания. Через несколько лет после нового устройства Чернеева монастыря и именно за два года до кончины царя Михаила Фёдоровича (1645 г.) чёрный поп Матфий умер (1643 г.). Кто он был по происхождению и откуда родом, неизвестно, его и старики того времени называли просто: Черногорец. Судя по всем, как устным, так и письменным историческим данным, видно, что времена Бориса и самозванцев, патриаршество Игнатия, несчастное правлениеШуйского, страдания Гермогена и все беды междуцарствий происходили при долголетней жизни строителя Матфия, который не пал под ударами ужасных бурь, опустошавших нашу отчизну, но усердно молился и молитвою своею творил святое дело, насыщал голодных и возносил до неба храм Божий, «то памятник святыни не от Бориса, а от святого, говорил народ». Быть может, за все его святые деяния Господь удостоил его дождаться восходящего солнца для России — восшествия на престол родоначальника ныне царствующего дома.

Изложив краткую историю монастыря, я перейду к описанию достопримечательностей его, которые суть следующие:

1. Икона чудотворца Николая, писанная древним греческим письмом, в рост, в богатой ризе.

2. Икона Спаса Нерукотворного, также письма греческого, украшена драгоценными камнями. Иконы эти находятся в соборном монастырском храме.

В другом приделе того же храма заслуживает особенного внимания икона Казанской Богоматери, которая, по свидетельству некоторых старцев иноков, есть копия, снятая в момент чудесного явления настоящей иконы Богоматери в г. Казани, усердствующей рукой обещанника, но не иконописца, с помощью сил небесных. При образе на серебряной подвеске означено имя вкладчика и время вклада, относящееся к середине XVII века.

Ещё к особенным замечательностям принадлежит запрестольный крест, также древнейшей греческой иконописи и чуть ли не одного времени с таким же крестом, находящимся в с. Рожественском, что на Куликовом поле, и с известными Корсунскими вратами, сохранившимися в Новгороде.

В храме всех Святых при иконе Федотьевской Богоматери (подлинная икона находится в рязанском соборе) находится Ветвь Неопалимой Купины. Греки, а может быть, и наши иерусалимские паломники, к числу которых принадлежал и чёрный поп Матфий, принесли к нам эту священную ветвь. Вернее всего, греки, потому что в минувшем столетии ваши отцы и деды с благоговением смотрели на всякую святыню, выменивая её у греческих пришельцев за большие деньги, иногда даже на вес золота или серебра.

Но самую раннюю древность Чернеева монастыря составляет икона Св. Мины, она существует с незапамятных времен, её принёс ещё в безлюдную Чернеевскую пустынь какой-то странник.

На образе этом рука времени положила свой отпечаток, и он потемнел, но, несмотря на это, ещё видно, что он иконописи греческой, что подтверждается недавними монастырскими описями, из которых даже видно, что икона эта будто бы доставлена греческим императором Эммануилом.

Кроме сказанных достопримечательностей, нельзя не обратить внимания на следующие предметы:

I. Богатое серебряное кадило величиною в большую трапезную миску, приношение князя Григория Сюнгалиевича Черкасского, значащегося в списке бояр царя Алексея Михайловича, в 1657 г. Из фамильного архива владимирских помещиков дворян Ртищевых видно, что означенный князь Черкасский принимал участие в избрании царя на престол польский и имел спор за образование россиян с боярином Ртищевым, утверждая, что от излишней грамотности по церкви станут расколы. Политика привлекала Черкасского к настойчивости мер, положенных на старинное учение о церкви и, может быть, она же вложила ему мысль сделать это огромнейшее кадило в тот монастырь, куда он просился на покой от мирских треволнений.

II. Тетроевангелие 1653 г., напечатанное в Москве с благословения патриарха Никона, во второй год его патриаршества. Неизвестно, в последующие годы перепечатывалось ли это Тетроевангелие. По уверению одного из монастырских старцев, происхождение его относится к патриаршеству Иосифа и что будто бы Никон был только довершителем начатого его предшественником.

III. Евангелие 1628 г., напечатанное в Москве с благословения патриарха Кир-Филарета, который, возвратясь из польского заточения в 1619 г. ив 1624 г. встретив и приняв от шаха Аббаса ризу Господню, пожелал как этот драгоценный дар, так и возвращение своё ознаменовать обновлённым Евангелием, но типография затруднялась в том и медлила, и желание патриарха исполнилось ровно через четыре года.

Один из описателей того времени говорил: «то были праздники неслыханные: иные москвичи ездили и ходили встречать даже до Смоленска, а в ту пору, как татарове везли Св. Ризу Господню, народ всероссийский, поджидая ту святыню до 3-х суток, держал пост и в молитве стоял ночи». Оба эти Евангелия за послесловием в конце имеют означение места и года печати. Евангелие 1628 г. переплетено в бархат с серебряными украшениями.

IV. Ветхий служебник без заглавия печатан с благословения Патриарха Иосифа, но в каком году, вследствие отсутствия заглавия, неизвестно, замечательно же только то, что служение по нём, как видно по находящемуся при нём правилу, происходило на 7 просфорах.

V. Книга Иоанна Лественника писана уставом в XVII столетии и положена в монастырь князем Григорием Черкасским; на одной из страниц её написано «Кня и оупмндуше», полагать надобно значение этих сокращений такое: Княжая и на помин души.

VI. Синодик времён Петра I и писание по завету архиепископа, впоследствии митрополита Стефана Яворского в 1720 году. На заглавном листке означен день и год появления Синодика и изображение Богоматери, а под ними стихи:

Держащаго перстом своим на руку держиши.
Пречистая девица, за тых не презриши,
Иже с Феофилактом святым им славу
Приписуют. Преклоньше, душу, сердце, главу
Сего изображатель
И всех благ желатель
Иоанн Зубов.

Но это только стихотворение принадлежит Зубову, Синодик же писан рукою Симеона Медведева, того самого, который был другом и соучастником по стихотворной части Симеону Полоцкому. Этот же Медведев был строителем в Заиконоспасском монастыре в Москве — монашеское имя его было Сильвестр. Полоцкий скончался на его руках, и он сочинил ему надгробную, которую и до сих пор можно видеть в стене нижней церкви Заиконоспасского монастыря. Помнится мне, что она начинается так:

Зряй человече! Сей гроб сердцем умилися
О смерти учителя славна прослезися
и прочее

В этой надгробной изложена полная биография знаменитого учителя и советника царя Фёдора Алексеевича. Полоцкий жил и скончался праведником, но иная участь была виршеслагателя Медведева: замешанный в интриги царевны Софии и Милославского, он имел несчастную кончину. Удалённый на несколько времени, как покаянник, в Чернеевскую пустынь, потом опять возвращён в Москву, лишён монашества и погиб.

При окончании Синодика есть ещё много стихотворений на разные смертные случаи, и автор их едва ли не тот же Зубов.

В Синодике этом записаны для поминовения различные роды: род схимонаха Симеона из фамилии дворян Любовниковых, которые, как гласит молва, были первостепенными слугами князя рязанского Ивана Ивановича и прочих; роды черноморских атаманов Волдыря, Горстки, Укола, Хуста, а также роды рязанских тысяцких Барыкова, Шатило и других.

VII. Большой лист, старинного преузорчатого плана владений, принадлежащих монастырю, избы крестьян, а в руках рыбы с надписями: щука, окунь, линь и прочие, а также и над деревьями надписи: дуб, берёза, яблоня, черёмуха и прочее. Это план, кажется, времён царя Фёдора Алексеевича, потому что на лицевом углу плана виден 1681 год; монастырю он доставлен думным дьяком.

VIII. Разные старинные копии с грамот, жалованных монастырю, всех их тридцать одна.

Из них замечательные: Грамота (копия) царя Василия Иоанновича Шуйского, которая, как легко заметить, переиначена списчиками (прилагается в конце).

Грамота царя Фёдора Алексеевича. По письму она в копии ещё новее предыдущей.

Грамота царицы инокини Марфы Иоанновны (без года).

Другая копия с грамоты той же царицы 1629 г. (год приписан новою рукою).

Копии с грамот царя Михаила Фёдоровича 1623, 1632, 1643 гг. и другие записи, крепости, прочие исторические документы. Особенно много любопытного в жалованных или данных монастырю владельных крепях на рыбные ловли, покосы, пашни и другое угодье. Богатство было великое, но оно не сохранилось за монастырем; даже и сам хлопотливый о монастырском бывший архимандрит Акакий лишился надежды возвратить утраченное. «Сильные много нас обижали»,— говаривал он. Монах не адвокат, время потеряно, и наша обитель цветет да цветет ныне и присно, только словом Господним».

В Чернееве монастыре похоронены также родители бывшего московского обер-полицмейстера Александра Сергеевича Шульгина.

«Известия тамбовской учетной архивной комиссии», №11



Все новости Тамбова рано или поздно станут древностями.

Comments

Name (required)

Email (required)

Website

Speak your mind