Первая типография в Тамбове

Заведение типографии в такой глухой провинции, какой был Тамбовский край в прошлом столетии, представляет выдающееся и чрезвычайно важное явление в истории нашей губернии. Одно желание воспользоваться этим великим изобретением новых веков, главнейшим орудием умственной жизни и деятельности современного человечества, уже должно было служить проявлением стремления, хотя немногих лучших деятелей Тамбовского края, положить первые основания печати в Тамбове. Чтобы стремиться к этому в прошлом столетии, нужно было стоять близко к тогдашней литературе, иметь высокое для того времени образование. Для основания же типографии в Тамбове прошлого столетия, кроме того, человеку необходимо было владеть огромной силой и стоять во власти: умственные центры были далеки от Тамбова; пути сообщения — первобытные; дело совершенно новое и почти всем жителям города чуждое. Словом, основание типографии в то время могло быть под силу только такому энергичному человеку, каков был Г.Р. Державин, деятельность которого, как губернатора, имела столь важные благодетельные последствия в истории г. Тамбова. Действительно, Г.Р. Державину «первому принадлежит почин, по крайней мере в Тамбовской губернии, печатания всякого рода текущих бумаг, нужных в большом количестве экземпляров». Прежде большая масса копиистов в административных учреждениях исключительно переписывала десятки и сотни экземпляров одних и тех же начальственных предписаний, и всё-таки замечалась продолжительная медленность в производстве дел. По этому поводу, сообщает граф Салиас, Г.Р. Державин в своём письме просил князя Трубецкого узнать, не найдётся ли у Новикова (одного из основателей типографской компании в 1784 г.) для продажи типографского станка, известного количества литых букв и мастеров, которые согласились бы ехать в Тамбов. Новиков не замедлил сообщить Державину все необходимые сведения. «Вскоре явилось и всё нужное для типографии. Через год (1786) уже печаталась большая часть бумаг по управлению, как-то: публикации и предписания. Кроме того, были заведены и губернские печатные ведомости, где печатали: 1) о проезжих именитых людях; 2) о проходе команд; 3) о цене на хлеб и 4) разные товары первой необходимости». Около этого же времени появились местные издания книг, переводчики и даже переводчицы. Так в этой типографии были напечатаны переводы Е.К. Ниловой, родственницы Державиных: Граф Бальмонт или заблуждение рассудка (с французского), Приключения Эдуарда Вильсона (с немецкого), Заблуждение от любви (перевод с французского княгини Голицыной).

Вообще, Г.Р. Державин сознавал важное значение для Тамбова своего нововведения и гордился им. Так, вновь назначенному в 1788 году епископом в Тамбов Феофилу он показывал свою типографию и по этому поводу написал четверостишие. «На посещение в Тамбове типографии епископом Феофилом»:

На память твоего, Феофил, к нам прихода
Бессмертью здесь твоё мы имя предаём,
И должно ли молчать учителю народа:
Рассыпь твой бисер нам; мы свет обогатим.

Какая именно судьба постигла впоследствии устроенную Г.Р. Державиным типографию и губернские печатные ведомости, точно не знаем. Но так как в следующих затем по времени архивных документах Тамбовского губернского правления упоминается о типографии бригадира Нилова, то нельзя ли предположить, что после отъезда Г.Р. Державина из Тамбова или даже при нём эта типография перешла в частные руки бригадира Нилова, может быть родственнику Державиных, как и Е.К. Нилова, переводы которой печатались в этой типографии. К сожалению, предположения своего не можем подтвердить точными ссылками на архивные документы. Тем не менее нововведение Г.Р. Державина не исчезло бесследно и так или иначе стоит в тесной связи с последовавшим затем заведением типографии при губернском правлении.

Заведение типографии Тамбовского губернского правления

26 января 1798 года Тамбовское губернское правление имело рассуждение по поводу распределения годовой окладной суммы. При этом на канцелярских служителей и прочий расход назначено было 3597 руб. 67 коп., каковой суммы было недостаточно на надлежащие выдачи, принимая во внимание большие канцелярские расходы на содержание копиистов. Из сделанных справок по книгам оказалось, что исходящих бумаг в 1795 году вышло 20929, в 1796 году — 22484, а в 1797 году — 41820. Кроме того, из Правительствующего сената получено указов в 1796 году — 202, а в 1797 году — 592 и, наконец, поступило значительное количество многих других, не терпящих отлагательства бумаг. Вследствие этого «нужное число канцелярских служителей почти все занимаются единственно письмом, относящимся до распубликования нарядов, отчего как канцелярский обряд и при неусыпных трудах едва выполняется, то в облегчение канцелярских служителей, а дабы они упражнялись исполнением прочих текущих дел и по оным не могло последовать затруднения, нужно иметь при губернском правлении для напечатания относящихся к распубликованию нарядов типографию». Таким образом, губернское правление пришло к убеждению в необходимости завести типографию вследствие громадной канцелярской работы, с каждым годом всё более разраставшейся. Обстоятельства тому благоприятствовали. Проживавший в Тамбове бригадир Нилов желал продать кому-нибудь свою собственную типографию за 1200 рублей. Но такой суммы правление не имело, а могло каждый год уделять из суммы, назначенной на жалованье канцелярским служителям, до 400 рублей на уплату процентов и на содержание типографских мастеровых, надеясь впоследствии «по обучении типографскому мастерству» замещать мастеровых при типографии из штата канцелярских служителей. О всех этих обстоятельствах губернское правление постановило отнестись сообщением к гражданскому губернатору.

Тамбовский губернатор Николай Лаптев в своём отношении (3 февраля 1798 года, № 350), по поводу вышеизложенного мнения, поспешил предложить губернскому правлению купить типографию бригадира Нилова, а необходимые для того деньги истребовать от приказа общественного призрения из хранящейся в нём экономической суммы. Губернское правление так и поступило; по справке же оказалось, что «вследствие немногого числа в губернской роте и штатных командах людей числится по приказу в наличности из присланных от того правления и хранится в кладовой уездного казначейства 6801 руб. 65 коп. и по векселям поступило и находится налицо 1062 руб. 50 коп.» Приказ общественного призрения, при отношении за № 43 от 5 марта, препроводил для приобретения типографии бригадира Нилова требуемую сумму с тем, чтобы губернское правление доставляло указанные по соглашению проценты в означенный приказ своевременно: 8 марта того же года губернское правление предписало приходчику Пальмову 1200 руб. принять, уплатить их бригадиру Нилову за приобретённую типографию, а назначенные проценты со дня получения суммы «отсылать в приказ общественного призрения по истечении каждой трети (года), наступившего месяца в первое число, из расходной сего правления канцелярской суммы». Далее следуют отношения губернского правления за 1798—1800 гг., при которых препровождались в приказ общественного призрения проценты на взятые оттуда деньги. Уже в деле 1805 года губернское правление удостоверило, что «все деньги из канцелярской губернскаго правления суммы заплачены».

Таким образом, в Тамбове при губернском правлении была основана типография, по всей вероятности, единственная в губернии. Днём основания типографии можно считать 8 марта 1798 года, когда правление получило деньги, необходимые для приобретения типографии. Инициатива в этом деле, смело можно предположить на основании всего дела о типографии, принадлежала губернатору Лаптеву, а губернское правление исполняло только его волю, хотя об этом прямо и не говорится в документах того времени.

Конечно, вновь приобретённая типография была не вполне удовлетворительная и скоро потребовала значительных исправлений, о чём и началась переписка в 1805 г. по следующему поводу: министр внутренних дел граф Кочубей сообщил тамбовскому губернатору Дмитрию Кошелеву, что «по случаю от некоторых начальников губерний представлений о заведении при губернских правлениях типографий, его Императорское Величество, полагая, что заведения сии и везде могут быть полезны для успешнейшего отправления дел, коими места сии обременены, Высочайше повелеть ему (графу Кочубею) изволил собрать сведения, где именно типографии при губернских правлениях существуют и потребовать от гражданских губернаторов изъяснения, чего заведение типографии стоить будет там, где оных не существует». Вследствие этого и предписывалось донести «находится ли при Тамбовском губернском правлении типография, а буде оной нет, то какая сумма по самому умеренному счёту нужна может быть на первоначальное оной устроение? Чего стоить будет содержание и не можно ли будет издержек сих заимствовать из сумм, на содержание канцелярских служителей отпускаемых?»

В силу этого запроса господина министра внутренних дел губернатор поручил губернскому правлению заготовить «выправку как о первоначальном заведении при оном типографии, во что оное обошлось, так и о последствиях ежегодного содержания оной». Исполняя приведённое предписание губернатора, губернское правление приказало исправлявшему должность смотрителя за типографией секретарю Веселкину сообщить, «сколько тогда имелось в типографии литер и каких именно сортов и все ли оные годны к употреблению или из них есть и не способные и много ли набрать можно вдруг листов и не нужно ли чего вновь в прибавку выправить?»

Веселкин в своём рапорте от 24 августа 1805 года сообщил, что купленная в 1798 году у бригадира Нилова типография состояла из одного пресса с прибором; литер для печати, так называемых, «митель, курсив к мителю и цицеро» 35 п. 26½ ф. Из сего количества литер в один раз набиралось мителем не более как шесть полос, что составит в печати один лист с половиной, курсивом — одна полоса и все сии от долговременного употребления приходят к употреблению в неспособность; пресс от повреждения долговременным употреблением железных и деревянных вещей действует очень слабо, а принадлежащие к типографии приборы все вообще также ветхи и литеры неспособны». Итак, типография находилась в то время в крайне плачевном состоянии и нуждалась в самом решительном и коренном обновлении. Поэтому, сказав, что при типографии состояли смотритель, корректор и четверо мастеровых, Веселкин заявил, что «наличных литер и других вещей недостаточно, следует повреждённые исправить, а затем ещё завести вновь стан один, литер по перемене наличных и покупкою вновь составить азбучных начальных, называемых прогон, один пуд, мителя двойного заставного — три п., прямого мителя строчного — тридцать пять, курсива к мителю — восемь, цицеро прямого — десять, к нему курсива пять пудов, и на все сие исправление потребно ныне единожды не менее до тысячи рублей».

На основании рапорта Веселкина, губернское правление в своём отношении от 4 сентября 1805 года уведомило губернатора, что при типографии необходимо иметь одного смотрителя и вместе с тем корректора с жалованьем 150 рублей в год и 4-х наборщиков с вознаграждением по 75 рублей в год. Эти расходы, а вместе с тем и могущие встретиться поправки было возможно производить из суммы, назначенной на канцелярский расход по правлению; для капитального же ремонта всей типографии и обновления шрифта, на что по рапорту Веселкина, потребовалось до 1000 руб., губернское правление не имело средств.

Таким образом, предписание графа Кочубея пришло весьма кстати и дало повод губернскому правлению заявить о настоятельных нуждах своей типографии. Ходатайство это возымело желанное действие. Впоследствии, 5 августа 1807 года, необходимое пособие, о котором ходатайствовало губернское правление, было выслано, и типография, значительно исправленная, начала успешно действовать.

«Известия тамбовской учетной архивной комиссии», №14



Все новости Тамбова рано или поздно станут древностями.

Comments

Name (required)

Email (required)

Website

Speak your mind