31 мая 1988 г.

Подольский Е.М.: []. В адрес пленума поступило письмо от группы коммунистов Тамбовского государственного педагогического института. Есть предложение до начала обсуждения основного вопроса повестки дня ознакомить участников пленума с письмом группы коммунистов педагогического института. Оно связано как раз с повесткой дня. Поэтому есть предложение согласиться. Возражений нет? Нет. Тогда слово предоставляется заместителю заведующего отделом организационно-партийной работы ЦК КПСС тов. Крючкову Георгию Корнеевичу.

Крючков Г.К: Товарищи! Позвольте огласить обращение группы коммунистов института. [].

Мы сегодня прибыли сюда по поручению Центрального Комитета партии в связи с этим обращением, имели обстоятельную беседу с авторами этого обращения и членами партийного комитета. Я думаю о том, как прошло это обсуждение, доложат товарищи, а вы обменяетесь мнениями и определите свою позицию по этому вопросу. Думаю, ясно, почему надо обменяться мнениями по этому вопросу.

Подольский: Товарищи, кто хотел бы выступить? Пожалуйста, товарищи.

В работе пленума по приглашению бюро областного комитета партии принимает участие тов. Коваль Валерий Николаевич, один из авторов письма, преподаватель педагогического института. По-моему, секретарь партийного комитета. Валерий Николаевич здесь у нас? Может быть, мы, прежде чем выскажутся члены пленума, предоставим слово Валерию Николаевичу, чтобы он подробнее высказался от имени группы коммунистов-преподавателей пединститута по затронутым в письме вопросам? Нет возражений? Нет. Валерий Николаевич, пожалуйста, Вам предоставляется слово.

Коваль В.Н.: Уважаемые товарищи! Само рассмотрение вопроса, связанное с нашим письмом, на пленуме областного комитета партии —показатель серьезной перестройки, которая происходит в партии, торжество во внутрипартийной демократии. Авторы письма не уверены, что несколько лет назад такой вопрос мог бы обсуждаться именно здесь, в таком составе, на таком уровне по данной проблеме. Что заставило обратиться нас непосредственно к пленуму областного комитета партии? Участники, вернее, товарищи, подписавшие письмо, исходили из следующих соображений: что, видимо, целесообразно не в Центральном Комитете рассматривать этот вопрос, не на бюро, может быть, не на секретариате, который, видимо, решает в практическом плане кадровые вопросы, а именно обратиться к пленуму областного комитета, к очередному, который рассматривает вопрос о выборе делегатов на XIX партийную конференцию.

Хотелось бы сказать от всех коммунистов, подписавших это письмо. Ни у кого из них личных обид к названным товарищам в письме нет. Есть одна большая обида за нашу областную партийную организацию. Таковы мотивы письма, вызвавшие обращение к составу областного комитета партии. Прежде всего, это неопределенность формулировки, которая прозвучала в изложении выступления тов. Зверева, данного в «Тамбовской правде» от 26 мая 1988 г. Мы, разумеется, не знакомы со стенограммой выступления, мы можем судить только по той формулировке, которая дана в этой статье. В газете сказано, цитирую: «Товарищ Зверев признал ошибку обкома, нарушившего основополагающий ленинский принцип подбора кадров по политическим, деловым и моральным критериям». Ниже товарищ Зверев говорит, что при выдвижении тов. Швиндина учитывались только его деловые качества. Повторяю, что со стенограммой выступления мы не знакомы, мы данную часть берем только с «Тамбовской правды». Безусловно, коммунисты не только нашего института (так как каждый из нас является пропагандистом, лектором обкома партии, выступали в коллективах) без конца спрашивают об этом вопиющем случае. Как могло случиться, что человек, выдвинутый полтора месяца назад, которому можно было бы при выдвижении предъявить самые современные требования кадровой политики, почему оказалось так, что этот человек оказался случайно не только на партийной работе, но и, видимо, случайным членом партии. Именно это и заставило нас, еще раз повторяю, обратиться к пленуму. Неопределенность звучит также и в том, что обком виноват, а кто конкретно? Аппарат обкома, видимо, не формирует в целом кадровую политику. Секретариат, бюро обкома — кто лично решал эти вопросы? Несмотря на то, что они, конечно, решались на коллективной основе. К термину обкома относятся также и члены пленума обкома. Несут ли они за это ответственность? Скорее всего, видимо, это не совсем так. Поэтому у нас и возникло мнение, что эта проблема, видимо, недостаточно осмыслена, изучена, и что она требует какого-то специального разговора.

Вместе с тем, достаточно вспомнить и историю вопроса, связанного с кадровыми нарушениями в нашей областной партийной организации. Конечно, члены пленума обкома помнят историю с товарищем Нестеровым. Цитирую опять же по «Тамбовской правде», потому что со стенограммой пленума я не знаком, 5-го пленума в январе 1987 г., где в докладе тов. Подольского было сказано, что главная причина происшедшего — это серьезные недостатки, которые имеются в областной парторганизации в подборе и расстановке кадров, воспитательной работе с ними. Через некоторое время, как мы знаем, одновременно с ним местные «роковые кольца» в Мичуринске, пьянство бывшего первого секретаря Моршанского райкома КПСС тов. Полякова, и, видимо, некоторые другие.

На 8-м пленуме при отчете обкома партии, опять же цитирую по «Тамбовской правде» за декабрь 1987 г., докладчик говорил: «Серьезный урон авторитету областной парторганизации нанес аморальный поступок бывшего второго секретаря обкома Нестерова, о чем подробно говорилось на предыдущих пленумах, и из чего сделаны соответствующие выводы. Там же, ниже, докладчик говорит: «Бюро обкома партии не удалось до конца избавиться от устаревших подходов к делу подбора, расстановки и воспитания кадров, привести его в полное соответствие с решениями XXVII съезда партии, указаниями ЦК КПСС». Самокритично, следует сказать, говорит тов. Подольский, что и я не всегда задаю тон высокой требовательности к руководящим кадрам. Буквально через несколько месяцев на должность секретаря Знаменского райкома выдвигается тов. Швиндин.

У нас и, я думаю, не только у нас, есть твердая уверенность в том, что происшедшее со Швиндиным не какая-то случайность, не просто какое-то помрачение в голове. Видимо, здесь есть известная закономерность в линии этого руководителя. Нам неизвестна вся подоплека данного выдвижения, споры, альтернативы, которые были на бюро и секретариате, но мы бы посчитали, что и в данном случае, опять же, выводы необходимые не сделаны. На это указывает и то, что товарищ Зверев спустя после известных документов Центрального Комитета партии сообщает о том, что товарищ Швиндин выдвигался только по деловым качествам.

Разумеется, не могла нас, как коммунистов, оставить равнодушными определенная психологическая и идеологическая атмосфера вокруг совершенного. Сейчас многие спрашивают опять же: что же происходит, почему же опять это случилось, почему опять это произошло, куда же смотрят и т.д. Это бросает тень и на областную парторганизацию, и на каждого ее члена, и на нас конкретно. Я думаю, что товарищи правильно меня поймут, мы работаем педагогами в институте, общаемся со студентами, в том числе со студентами из Знаменского и Инжавинского районов. И нам довольно трудно бывает вести с ними разговор сейчас — в эпоху перестройки, гласности, открытости и демократизма, когда слова воплощаются в дела.

В заключение, мы надеемся, что сумеем [очистить] свою партийную организацию областную от перерожденцев и безнравственных людей. Тем более, что подавляющее большинство — это прекрасные люди, которые готовы драться за перестройку. Но мы надеемся также, что из каждой ошибки, особенно кадровой ошибки, будут делаться и серьезные выводы с указанием на персональную ответственность тех, кто совершил эти ошибки. И тогда, мне кажется, мы сумеем достойно выполнять и решения XXVII съезда партии, и решения январского (1988 г.) Пленума ЦК и, я думаю, выполним решения XIX партконференции, тем более проект Тезисов ЦК к XIX партконференции вновь указывает на необходимость серьезного, взвешенного, обоснованного подхода к кадровой политике. Вот то, что мне хотелось сказать.

Подольский Е.М.: Хорошо, спасибо, Валерий Николаевич.

Коваль В.Н.: Письмо мы подготовили два дня назад, зная, что будет очередной пленум областного комитета партии. Вчера я звонил Вячеславу Егоровичу Звереву, спрашивал, какой вариант возможен для такого обращения к пленуму. Он сказал, что никогда такого прецедента не было и, в общем-то, никогда к пленуму никто не обращался. Ну, говорю, может быть, у нас были обращения к съездам, конференциям, давайте попробуем обратиться к пленуму обкома партии. В общем, нашли такой вариант, что мы передадим свое письмо через члена областного комитета партии, первого секретаря Ленинского райкома партии тов. Данилова. У нас состоялся разговор с Михаилом Макаровичем, мы попросили его это сделать, говоря о том, что, видимо, он в составе обкома не только как должностное лицо в партийной организации, но и представляет нас, коммунистов Ленинского района. Михаил Макарович принял это письмо, ознакомился, ну а далее последующие события.

Сегодня по инициативе товарищей прошло и заседание партийного комитета. Члены парткома, согласившись с содержанием нашего письма, целесообразностью такой постановки, такого обращения, не согласились с выводами этого письма. В частности, они считали, что необоснованно ставить вопрос об освобождении тов. Подольского, ибо не было соответствующего партийного расследования; оно должно внести необходимые коррективы, кто конкретно, как называл эту фамилию, как возникло это и т.д. И в решении партийного комитета было записано: попросить пленум комитета создать соответствующую комиссию. Вместе с тем, члены парткома согласились с политической точкой зрения, что, конечно, ответственность за кадровые ошибки несут, прежде всего, секретари обкома, ибо они играют решающую роль в решении этого вопроса. Также члены парткома указали нам на то, что надо было бы посоветоваться в партийном комитете, может быть, предварительно. По нашей инициативе проходило собрание в институте по рекомендации кандидатов в делегаты на XIX партийную конференцию, что, может быть, там надо было поставить вопрос, чтобы апеллировать ко всем коммунистам. Мы признали факт того, что вполне возможно было бы это сделать. В данном случае руководствовались уставным требованием, которое предоставляет нам право обращаться к любой инстанции независимо от этого.

Члены партийного комитета еще раз указали нам на то, что надо было бы и с коммунистами института посоветоваться по этому вопросу, что мы и приняли. Я изложил мнение коммунистов и парткома.

Я еще раз хотел бы членам обкома сказать, что не извратил ни одного слова, в том числе сказал о том, какие разногласия возникли в нашем партийном комитете по вопросу вот этого письма. И Георгий Корнеевич говорил нам на заседании парткома, что, может быть, мы поступили дипломатично, что, может быть, следовало поставить сначала на партийном [собрании], мы не стали этот вопрос ставить на партийном собрании, хотя у нас такой разговор был. Мы объяснили, что собрание было посвящено выборам наших делегатов; среди возможных кандидатур, которые назывались коммунистами, была и кандидатура из подписавших письмо, и нам показалось неэтично ставить этот вопрос на партийном собрании. Товарищи сказали, что это не взаимосвязано.

Ко мне, может, будут еще какие-нибудь вопросы?

Подольский Е.М.: Хорошо, спасибо, Валерий Николаевич, присаживайтесь. []***.

Слово имеет Георгий Корнеевич Крючков.

Крючков Г.К.: Прежде чем вы будете обсуждать этот вопрос, я хотел бы дать две справки.

1. Тут тов. Коваль сказал, чем закончилось обсуждение. Должен вам доложить, что это было сделано не по нашей инициативе, я не ожидал, что так поступит эта группа. Она сама сняла второй пункт, там, где речь идет считать нецелесообразным дальнейшее пребывание т. Подольского на посту первого секретаря. Я думаю, что это существенный момент.

2. Тут так горячо были предъявлены претензии к секретарю партийного комитета, почему они взялись обсуждать письмо. Я хочу внести такую справку: как только в Центральном Комитете стало известно о таком обращении, оно, как вы понимаете, не рядовое и касается кадров, которыми занимается непосредственно Центральный Комитет партии, мне было поручено выехать сюда и выяснить суть дела. Мы в Центральном Комитете определили, что побеседуем с товарищами, которые обратились с письмом, выясним позицию партийного комитета той партийной организации, где они состоят на учете. Поинтересоваться мнением партийной организации вправе и пленум обкома партии, вправе и Центральный Комитет.

Подольский Е.М.: Есть предложение обсудить письмо товарищей из педагогического института. Кто хотел бы высказаться? Пожалуйста.

Завражнов А.И.: Вопрос неординарный и очень сложный. Мне, как руководителю плодоовощного института, сложно выступать. В коллективах есть люди полярных точек зрения. Факт обращения к членам пленума, само обращение неправомерно. Нельзя решать такие вопросы сразу, сидя здесь, не подготовившись. Для этого нужно партийное расследование, другие вопросы подготовить. А то, что руководители могут быть подготовлены не совсем в моральном плане, от этого мало кто исключен. Я, как коммунист, руководитель такой же парторганизации, считаю, что не правы те товарищи, которые сделали так.

Есть другие способы этих решений. Зная события в области, можно обращаться несколько в другом плане. Такая постановка неправомерная. Я считаю, что секретари наши на месте, мне приходилось часто встречаться с каждым из них, работать с ними, они активно занимаются и перестройкой, и кадрами. Наверное, в такой сложной работе ошибки бывают. Я буду голосовать за то, чтобы наши секретари были представителями от нашей парторганизации. (Аплодисменты).

Рудой М.Л.: Товарищи! Если встанет вопрос, как под защиту, я вам скажу, что в условиях перестройки в самом сложном положении оказался лично я. Почему? Я руководил заводом 10 лет. После этого сделали объединение в свете новых требований. В результате мы дошли до того, что было создано государственное объединение, и Рудой сам себя изжил. Поэтому я говорю всегда объективно. Я внимательно прослушал выступающих и думаю, что это не предмет разговора сегодня. У нас стотысячная парторганизация в области, я бы хотел сказать, что в целом у нас очень оздоравливается обстановка в парторганизациях. Если хвататься за такие факты, то действительно, это очень неприятно, позор. В данном случае парторганизации пединститута надо разобраться со своими делами, а парткомитет области им поможет в этих вопросах. Кто будет в списках на конференцию, я буду голосовать сто процентов.

Подольский Е.М.: Товарищи, пожалуйста. Шиповская, бригадир учхоза «Комсомолец».

Шиповская: Я считаю, обидно за нашу парторганизацию областную очень. Но не решают эту судьбу семь человек, которые написали письмо об освобождении первого секретаря. Это невозможно. Евгений Михайлович знаком с каждой отраслью сельского хозяйства. Беда случилась, надо наказать тех товарищей, но в целом оклеветать парторганизацию я просто не могу. Я когда уезжала из дома, не знала о письме, и если наш коллектив узнает об этом, о том, что здесь говорили о секретарях, это вообще… Секретари часто бывали на наших фермах, надо разобраться. Надо детально разобраться, наказать товарищей.

Подольский: Кто еще хотел выступить?

Колычев А.Н.: Мне в своем выступлении хотелось бы поднять три вопроса.

Первый. Коммунисты, обратившись с этим письмом к пленуму обкома партии, они имели право обращаться. И иметь свое мнение и о работе органа определенного партийного, и отдельно каждого руководителя. Эти высказывания могут быть неточными. Могут быть даже ошибочными. Но я не обвинял представителей Центр[ального] Комитета партии, что они проверяли и не проверяли, но то, что обсуждал парткомитет института коммунистов, попытавшихся высказать свое мнение, это нарушение, самое настоящее нарушение, тем более в период перестройки. Работник Центрального Комитета партии мог узнать мнение от самих коммунистов, что это за люди и т.д. А если не совпало мнение партийного комитета с коммунистами о работниках аппарата областного комитета партии, то на это нельзя ссылаться. Мое такое мнение, как коммуниста и как члена обкома партии.

Второй вопрос. Отдельные ошибки, как признали сами секретари, есть в подборе кадров. Поэтому бюро областного комитета партии, секретариату надо сделать серьезные выводы и перестраивать работу в подборе, расстановке и воспитании кадров.

Третье. Я не согласен с товарищами, что исходя из примеров, позорящих нашу областную парторганизацию, делать вывод и высказывать недоверие всему руководству бюро областного комитета и секретариату, я думаю, что это неправомерно. Я вношу предложение: если у работников Центрального Комитета есть уже определенное мнение, так как письмо они разбирали, надо глубоко разобраться со стилем и методами работы бюро и секретариата областного комитета партии, особенно в подборе, расстановке и воспитании кадров. На основании более глубокого анализа будут конкретные предложения. Тогда коммунисты должны отвечать перед областной парторганизацией, перед областным комитетом партии. Я вношу предложение более глубоко изучить, и кто виноват, того нужно наказать. Я хочу поделиться своим мнением о Швиндине. Я знал этого человека. Я работал с ним в областном исполкоме как член областного комитета партии, что избрали плохого человека, есть даже свидетели. Швиндин дважды наказывался облисполкомом, последний раз наказывался за неделю до назначения его секретарем. Вот тут есть ошибка, почему мнение областного Совета не высказалось на бюро, в этом есть ошибка.

Подольский: Слово имеет секретарь Ржаксинского райкома КПСС т. Хвостов.

Хвостов: Товарищи! О том, что коммунисты пединститута обратились с письмом к пленуму — это их право. Оно закреплено Уставом КПСС. Поэтому осуждать их не имеем право. Дело другое: что они предлагают, это мы обязаны обсудить. Случай с т. Швиндиным из рук вон выходящий, такие случаи редкие. Что касается недоверия руководителям областной организации — т. Подольскому, постановка вопроса, я считаю, вполне не закономерна. Сидящие в зале знают т. Подольского. Я его знаю с 1973 г. Он работал на разных постах. Человек, который не жалеет себя, он знает дело во всех отраслях народного хозяйства. Всегда, приезжая на места, доходит до любых мелочей. С нами, с секретарями райкомов КПСС, неоднократно он проводит работу, направленную на очищение областной партийной организации от негативных моментов среди коммунистов, с чьей бы стороны это ни было. Он за все отвечает, он первый секретарь. Но сразу ставить вопрос о неправомерности, высказывать недоверие областной партийной организации, считаю, неправомерно.

Евгений Михайлович, мы понимаем, что у Вас богатый жизненный опыт, богатая политическая подготовка. Это все правильно. Хотелось бы, чтобы Вы сделали анализ своей работы и находили время для работы в первичных партийных организациях районных комитетов партии именно с идеологической стороны, воспитательной. У Вас не хватает времени. И если кандидатуры тт. Подольского и Щербакова будут внесены в списки делегатов на Всесоюзную конференцию, я буду голосовать за них. Они достойно управляют областной партийной организацией. Недостатки есть. И Евгений Михайлович из этого сделает определенные выводы.

Подольский: Слово имеет т. Блохин Ю.Н.

Блохин: Товарищи! Поводом для написания письма коммунистами пединститута является этот безобразный факт по Знаменскому райкому КПСС. Надо сказать, что просчеты в работе с кадрами есть не только у бюро областного комитета партии, членом которого я являюсь. Этот главный участок работы, по всей видимости, все-таки первыми секретарями горкомов и райкомов не ведется должным образом. Члены бюро, секретари обкома партии, отделы, конечно, несут за это ответственность. Систему работы с кадрами надо перестроить и усовершенствовать. Начинается зарождение тех или иных проступков коммуниста, а потом и руководителя, надо обсуждать в первичной партийной организации. И здесь мы существенно недорабатываем. А когда случается что-то, то оцениваем как факт, а не как причины, приводящие к этому.

Мне думается, что одной из причин, которая приводит к такому положению дел, является то, что мы, партийные работники, первый секретарь Подольский, очень много уделяем внимания хозяйственным вопросам, конкретным вопросам сегодняшнего дня, перспективным вопросам. Такой стиль работы перенимается секретарями райкомов, горкомов партии. Из сегодняшнего обсуждения должны сделать выводы все мы, члены бюро обкома партии, о том, что особенно коммунист-руководитель — это человек и в 40, и в 30 лет — не выпадал из-под влияния коллектива. А мы оцениваем деятельность по экономическим показателям. Я думаю, что пленум областного комитета партии должен создать комиссию из наиболее авторитетных членов обкома из 7-9 человек, желательно, чтобы были рабочие, члены обкома партии, делегаты предыдущего съезда нашей партии, которые должны провести обстоятельное рассмотрение вопроса, как обстоит дело с подбором, расстановкой и воспитанием кадров. Мне хотелось бы сказать о том, что за последние три года в области есть существенные подвижки в экономическом и социальном развитии. Это происходит под непосредственным руководством бюро областного комитета партии и первого секретаря Подольского. Мне хотелось бы пожелать Подольскому Е.М. больше внимания уделять не только укреплению экономики области, но и укреплению морально-нравственной атмосферы в нашей партийной организации.

Подольский: Кто еще хотел выступить?

Далее слово попросил т. Подольский Е.М.

ГАСПИТО. Ф. П-1045. Оп. 55-с. Д. 19. Л. 48-61. Стенограмма.



Все новости Тамбова рано или поздно станут древностями.

Comments

Name (обязательно)

Email (обязательно)

Сайт

Speak your mind