Будем настороже

Март 2, 1930 | Комментарии отключены

В деревне сейчас происходит подлинная революция. Старые навыки и привычки рушатся, гибнет столетиями державшейся мелкое индивидуальное хозяйство. Социализм проник в деревню. Тот строй, строй единоличного крестьянского хозяйства, который ежедневно и ежечасно рождал капитализм и притом в массовом масштабе, этот строй исчезает на наших глазах.

На наших глазах рождается новый коллективный труд. Умирает старая деревня. А с нею навсегда умрет и кулак. Не будет больше кулака в деревне. Был и нет. Так же, как не стало городовых, стражников, помещиков. Новое поколение знает об этих персонажах только по книжкам да в кино.

Кулак не уступает, кулак борется. Кулак не желает уходить со сцены добровольно. Кулак понимает, что когда масса уйдет от него в колхозы, то исчезнет всякая почва для его роста. Кулак изолированно от масс существовать не может.

Кулак борется за массы. Он использует каждый промах, каждую нашу ошибку, чтобы дискредитировать мероприятия партии и власти в глазах бедняцких и середняцких масс. Он проникает в каждую щель, чтобы нагадить нам, чтобы укрепить свое влияние.

Проникши в сельсовет, кулак извращает законы советской власти, ослабляет органы диктатуры пролетариата, использует советы, чтобы подчинять массы, своему влиянию.

В колхозах кулак добивается получения выгод для себя, разваливает колхозы, чтобы доказать массам, что эта форма ведения хозяйства невыгодна для них.

Сейчас кулак слухами, сплетнями, ужасами старается подорвать доверие масс к коллективизации. Так как это ему слабо удается, он агитирует за убой скота и птиц, за разбазаривание семян и т.п., в твердой уверенности, что подрывая хозяйственную мощь колхоза, он подрывает позиции социализма.

Когда кулацкие приемы не действуют, он начинает из под угла разными способами расправляться с активными работниками села. Расчет здесь также прямой и ясный: организаторов в деревне мало, убрав одного с дороги, скомпрометировав другого, он тормозит коллективизацию.

Но почти всегда кулак попадается. Его дела и делишки раскрывает печать. Печать стала таким сильным орудием пролетариата и организатором масс, что кулаку с нею бороться невозможно. Можно убрать одного селькора, но нельзя убрать всех. Можно сорвать одну газету, но нельзя совсем уничтожить печать и даже стенгазету. Это опасно и невыгодно. Это можно сделать лишь в припадке злобы. Кулак предпочитает другое – использовать печать в своих целях, а попутно ее и дискредитировать.

В Инжавинском районе организовался колхоз имени «Тамб. Пр.» Колхоз большой, около 500 хозяйств. Выбрали правление. Правление энергично взялось за работу.

А через некоторое время редакция получает письмо, что в правление колхоза пролезли бандиты и заворачивают делами.

Редакция немедленно послала расследовать этот неприятный для нее случай. Что же оказалось?

В правлении колхоза сидят не бандиты, а два бедняка активиста и демобилизованный красноармеец, которые по мере своих сил и уменья стараются наладить колхозную жизнь.

Кто писал корреспонденцию?

Некий Лобанов И.Н., зажиточный. Пытался использовать комсомол в своих целях, но был из комсомола исключен. Пытался проникнуть в партию, но не был принят. Однако везде выдает себя за члена партии. До последнего времен состоял председателем кредитки.

Разве трудно такому типу который является комсомольцем, председателем кредитки, а в глазах масс даже членом партии, использовать печать в своих целях? И разве легко каждый раз проверять такую корреспонденцию от такого "авторитетного" лица?

Из Вернадовки тревожная корреспонденция:

Через вернадовскую ячейку хочет пролезть в партию некая Мажарова. Мать и отец ее торговцы и лишены права голоса, родные сосланы на Соловки.

Благодаря газете прием в партию Мажаровой был отложен. Начали расследовать, что же оказалось?

Мажарова батрачка. Никого у нее не лишали права голоса, так как некого было лишать, она трех лет осталась сиротой. Активно работала на хлебозаготовках и по коллективизации. Она член сельсовета, председатель комитета взаимопомощи, имеет хорошие отзывы о своей общественной работе. Наша газета неосторожно наложила на нее незаслуженное пятно.

О чем говорят эти факты?

О необходимости большей зоркости к классовому врагу, решительной чистки наших рядов от всех примазывающихся, старающихся использовать печать в своих интересах.

Опасность использование печати кулаком в ряде случаев реальная опасность. С этой опасностью надо решительно бороться. Рабселькоры должны помочь в этом как окружной, так и центральным газетам.

ВИК.

«Тамбовская правда», 2 марта 1930 года.

Печка против камина
В России издавна для обогрева использувались печи. Европейская «печка» – камин – у нас никогда не приживется из-за разных особенностей нашего быта. Как, скажем, камин использовать в бане?


Все новости Тамбова рано или поздно станут древностями.

Comments

Comments are closed.

Name (обязательно)

Email (обязательно)

Сайт

Speak your mind