В сопках, морозом выжженных,
Робкое сердце выстынет.
Только бесстрашный выживет,
Только могучий выстоит.

П. Шубин.

Зима сурового 1942 года. Заполярье. Стоят лютые морозы. На ветру от холода деревенеет лицо, захватывает дыхание. Но круглые сутки в любых условиях на суше, на море и в воздухе идет война. Она под силу только выносливым, стойким и опытным.

Воздушные операции над открытым морем требуют большого мастерства. Далеко от берегов, в туман и сплошную облачность пилот и штурман должны умело вести машину даже тогда, когда она покрывается льдом, когда кругом рвутся снаряды вражеских зениток. Стоит на миг потерять самообладание, и беспощадное ледяное море поглотит в своих просторах самолет.

Среди героев боев в Заполярье был и летчик 95-го истребительного авиационного полка Виктор Стрельцов. В этот полк он прибыл еще в ноябре 1941 года. Здесь он освоил новый самолет ПЕ-3 — дальний перехватчик-истребитель. Это была грозная боевая машина с мощным пушечно-пулеметным и бомбовым вооружением, приспособлением для установки под крыльями восьми реактивных снарядов. Большой запас горючего позволял совершать длительные полеты.

В составе этого полка лейтенант Стрельцов участвовал в боях на Западном фронте. Защищал Москву и в одном из первых же боевых вылетов 28 ноября 1941 года проявил стойкость, выдержку и бесстрашие. В паре с ведущим, старшим лейтенантом Пузановым, Стрельцов атаковал звено немецких бомбардировщиков, пытавшихся прорваться к одной из подмосковных станций и бомбить эшелоны с военными грузами. Пузанову и Стрельцову удалось сбить по одному вражескому пирату. Но во время боя снаряд попал в кабину машины Стрельцова. Летчик был ранен. Осколки металла впились в лицо. Кровь залила глаза.

—Игорь! — крикнул он штурману лейтенанту Кравцову.— Я ничего не вижу!

Штурман не ответил.

«Неужели убит?» — мелькнула в голове страшная мысль.

Правой рукой летчик ощупал штурмана. Жив! Оказалось, что перебит шнур переговорного устройства.

—Игорь, я ничего не вижу! Садись рядом и помогай вести самолет. Кричи мне на ухо, куда вести.

Но штурман тоже был ранен осколком в правый глаз, изранены были и руки. Если бы он даже умел управлять машиной, то все равно не мог бы этого сделать сейчас.

Придвинувшись вплотную к командиру, Игорь сообщал ему высоту, скорость полета, и так они «дотянули» до аэродрома. Там уже с тревогой ждали Стрельцова. Когда показался самолет, все спокойно вздохнули. Но что это? Машина летит с каким-то невообразимым креном, шарахаясь из стороны в сторону. И только тогда, когда подбежавшие к приземлившемуся самолету боевые товарищи увидели окровавленного Виктора Стрельцова, лежавшего без сознания на израненных руках Игоря Кравцова, они поняли все. Прямо с аэродрома Виктор попал в госпиталь.

Зимним погожим утром летчик возвратился в свой полк. На забинтованном лице радостно светились глаза. Теплая встреча с однополчанами. Товарищи заметили какую-то новую черточку в характере Стрельцова. Решительность, упорство, злость? А может быть, все это вместе?

Неутомимо, по нескольку раз в день вылетал на штурмовку вражеских колонн и позиций Стрельцов. С каждым вылетом его удары становились точнее. Пилот упорно анализирует вылеты, каждую ошибку. Он постоянно ищет врага, а найдя его, стремится победить во что бы то ни стало. В боях на Западном фронте и под Москвой он уничтожил 9 танков, 39 автомашин с боеприпасами и войсками противника, сжег два железнодорожных эшелона.

Когда враг был отброшен от Москвы, полк, в котором служил Стрельцов, вошел в состав военно-воздушных сил Северного флота. В Заполярье Стрельцов овладел полетами в сложных условиях моря. Советские летчики ежедневно совершали по нескольку боевых вылетов на охрану морских путей, на прикрытие транспортов от фашистских «юнкерсов».

24 марта 1942 года в групповом бомбардировочном вылете на аэродром Лоуостари Стрельцов с товарищами уничтожил 4 самолета и 6 автомашин противника. 4 апреля налет на этот аэродром был повторен, и Стрельцов уничтожил еще 4 фашистских самолета. 15 апреля 1942 года группа, в которую входил и Стрельцов, бомбардировала порт Линнахамари и потопила вражеский транспорт водоизмещением в 4600 тонн.

20 апреля экипаж Стрельцова вылетел на разведку вдоль побережья Норвегии. У Киркенеса советские летчики обнаружили крупный танкер. Приблизившись к цели, Стрельцов дал залп реактивными снарядами. С берега открыли яростный огонь зенитки, стреляли и с боевых кораблей в порту. Стрельцов уклоняется от разрывов зенитных снарядов. Необходимо ударить еще раз. Но как это сделать? Ведь для нанесения нового удара по танкеру следует до предела уменьшить время пребывания в зоне сильного противовоздушного огня противника. Необходим крутой разворот машины. Но Стрельцов хорошо знал, что ПЕ-3 при крутых разворотах сваливается в штопор. Обычный же разворот был смертельно опасен. Как быть? И Виктор решил применить давно рассчитанный и продуманный им переворот самолета через крыло. Он никому раньше не говорил об этом — надо было все проверить. «Есть много летчиков опытнее меня,— думал Стрельцов.— Не может быть, чтобы им мысль о перевороте через крыло не приходила в голову».

Но теперь, в момент жаркой схватки, когда успех удара по вражескому судку и жизнь экипажа определялись секундами, Стрельцов решил рискнуть. Штурвал на себя — машина пошла вверх почти по вертикали, еще мгновение — и самолет перевернулся через себя, и снова перед ним внизу оказался немецкий танкер, а разрывы вражеских снарядов остались позади. Стрельцов бросился в новую атаку и все оставшиеся реактивные снаряды выпустил по танкеру, а затем на бреющем полете ушел в море. Сзади полыхало пламя. Танкер с горючим водоизмещением в 5000 тонн был уничтожен. Новый прием боя удался. Его мог совершить только летчик высокого класса. Таким именно и стал Виктор Стрельцов в боях на Севере. Недаром одна из статей, опубликованная в газете «Красный флот» и посвященная боевым делам нашего земляка, так и называлась — «Ас открытого моря». Впоследствии прием Стрельцова стал достоянием многих лучших летчиков-североморцев и не раз приносил им победу в бою.

О боевых делах Стрельцова писали в центральных и фронтовых газетах. В газете «Красный флот» от 9 июня 1942 года летчики-североморцы рассказали о бое, происшедшем 14 мая этого года у мыса Хавининберг. Группа летчиков, в составе которой был и Стрельцов, вылетела на поиск и уничтожение фашистских кораблей. Стояла полночь. Полярное солнце не слепило глаза, и с большой высоты хорошо просматривалась освещенная солнцем водная поверхность. Маскируясь тонкой слоистой облачностью, у скалистых берегов Северной Норвегии советские самолеты незаметно прошли над вражескими постами наблюдения. Вскоре летчики заметили змейкообразный бурун. Это вражеский миноносец 30-узловым ходом направлялся на свою базу.

«Эсминец, конечно, мог противостоять налету четырех бомбардировщиков,— рассказывали участники налета ведущий группы капитан Кириков и его штурман старший лейтенант Федоров.— Но мы решили во что бы то ни стало потопить его. Используя особенности полярного солнца в ночное время, приглушив моторы, сократив дистанцию и интервал, самолеты сомкнутым строем — крыло к крылу — стали снижаться. Через каждые 500 метров по высоте штурман ведущего самолета производил расчеты. Эсминец и самолеты шли встречным курсом. Штурман взял поправку на скорость — определил точку бомбометания. Эсминец начал циркуляцию вправо и открыл огонь. Самолеты заходили с носа. Это, с одной стороны, не давало возможности противнику отражать воздушную атаку всей мощью своей артиллерии, а с другой — позволяло быстро разгадать маневр врага. И действительно, заградительный огонь оказался малоэффективным. Штурман ведущего самолета поймал мгновение, когда эсминец стал отворачивать влево. В момент подхода эсминца к курсовой черте все четыре самолета одновременно сбросили бомбы. Сомкнутый строй способствовал кучности бомбометания, а сработанность экипажей — точному удару по цели. Две бомбы попали в корму эсминца и, по всей видимости, подорвали глубинные бомбы. Раздался страшной силы взрыв, решивший участь фашистского пирата. Агония миноносца продолжалась три минуты. В 23 часа 58 минут мы сбросили бомбы, а в 0 часов 01 минуту все было кончено. На море, там, где находился фашистский миноносец, расплылось огромное масляное пятно. Самолеты легли на обратный курс».

Проявленная пленка подтвердила результаты удара группы летчиков. И вскоре командующий Северным флотом вице-адмирал А.Г. Головко вручил Виктору-Стрельцову два ордена Красного Знамени: один за потопление немецкого танкера 20 апреля, второй — за потопление миноносца у мыса Хавининберг. Высокие награды были признанием больших заслуг Виктора

Стрельцова, ставшего одним из лучших летчиков-североморцев.

Весной 1942 года очередные караваны союзных конвоев вышли из Англии в СССР. Корабли с ценными военными грузами следовали в Мурманск и Архангельск. С воздуха транспорты прикрывали летчики-североморцы, в том числе и 95-й истребительный авиаполк. Фронт ждал этих грузов. Они должны быть доставлены вовремя и полностью.

С многочисленных баз в Северной Норвегии гитлеровцы имели возможность следить за движением конвоев на всем маршруте и выбирать удобные моменты для нанесения удара. Силы врага в этом районе превосходили наши. Этому превосходству советские летчики могли тогда противопоставить только смелость и умение.

30 мая командир звена старший лейтенант Пузанов в паре с лейтенантом Стрельцовым вышли в очередной полет на обнаружение конвоя. Курс на север. До точки ожидания час полета. Прибыли к назначенному месту — каравана нет. Летчики совершают облет района. Время идет, а каравана нет. Решено пройти по большому кругу.

—Усилить наблюдение! — передал ведущий.— Вижу масляные пятна на море.

Их могли оставить только недавно прошедшие корабли. Истребители зорче всматриваются в горизонт и вскоре увидели дымы — это шел конвой. Огромные транспорты медленно плыли по морю, охраняемые двумя военными эскадрами. Длинная цепь более чем из ста кораблей растянулась на двадцать километров.

Уточнив местонахождение каравана, Пузанов и Стрельцов возвратились на базу и доложили о выполнении задания. Теперь начиналось главное — защитить конвой. Одна четверка истребителей сменяет другую, они непрерывно барражируют над караваном, сопровождая его к Мурманску.

Чем ближе к берегу, тем яростнее атакуют фашисты. Воздушные налеты следуют один за другим, торпедоносцы и бомбардировщики целыми группами появляются в районе каравана, но каждый раз навстречу им смело идут в атаку советские летчики. В этот день Стрельцов провел в паре с Пузановым воздушный бой против восьми звеньев вражеских бомбардировщиков. Советские летчики смело бросились на ведущих передовых звеньев врага и прошили их пулеметными очередями. Строй противника был разбит, «юнкерсы» удалось отогнать от кораблей и заставить сбросить бомбы в море вдалеке от каравана. Отбивая вторую атаку врага, штурман Кравцов сбил из пулемета еще один вражеский стервятник.

Тридцать атак вражеской авиации отбили летчики 95-го истребительного авиаполка и 2-го гвардейского Краснознаменного истребительного авиаполка и обеспечили проход огромного каравана судов без потерь.

Вместе с товарищами Стрельцов охранял и конвой, шедший в Архангельск в сентябре 1942 года. 20 сентября над северодвинским рейдом у Архангельска, когда гитлеровцы предприняли последнюю попытку разгромить конвой уже на входе в порт, Стрельцов вместе с тремя экипажами отбивал атаки двадцати четырех «юнкерсов» и сбил один фашистский бомбардировщик. Даже оставшись без боеприпасов, он не покинул свое место в строю и, продолжая патрулировать над караваном, смело шел на сближение, имитировал лобовую атаку. Гитлеровцы, конечно, не подозревали, что у Стрельцова кончился боезапас, и остерегались его маневров. После боя командир полка объявил Стрельцову благодарность за мужественное поведение в бою.

О напряженности боев тех дней неоднократно писали газеты. 16 октября 1942 года газета Северного флота «Красный флот» сообщила, что Стрельцов в паре с другим летчиком, охраняя караван, заметил два фашистских бомбардировщика. Стрельцов бросился в атаку. Снаряды попали в цель, и один вражеский самолет упал в море. Второй «юнкерс» отказался от попыток пробиться к нашему транспорту и на полном ходу ушел обратно. Наши летчики продолжали поиск. Заметив новую пару «юнкерсов», Стрельцов и его напарник атакуют врагов, и те, не желая принимать боя, уходят в облака, не сумев сбросить бомбы па наш караван. Посадка, заправка горючим, боеприпасами — и снова в воздух. Сорок минут находился во втором полете самолет Стрельцова, и за это время он провел три ожесточенных боя. В 9 часов 25 минут Стрельцов точным огнем заставил «юнкерс» отвернуть от каравана. В 9 часов

55 минут два наших самолета завязали бой с четырьмя немецкими бомбардировщиками, и только одному из них удалось прорваться к транспорту, но в спешке он сбросил бомбы далеко от цели. В 10 часов 05 минут Стрельцов «повис на хвосте» у врага. Несколько прицельных выстрелов — и «юнкерс» упал в море. Конвой потерь не имел. Итог боев за день был выражен в короткой сводке: «Экипаж Стрельцова провел пять воздушных боев, сбил два «юнкерса» и заставил отвернуть семь».

С февраля 1943 года летчики 95-го истребительного авиаполка прикрывали от истребителей врага торпедоносцы, наносившие удары по караванам противника. Б это время Виктор Стрельцов был уже командиром звена.

Мастерская боевая работа летчиков помогала экипажам торпедоносцев выполнить их задачу. 16 марта 1943 года штурмовой атакой Стрельцов повредил немецкий катер-охотник, 28 марта он участвовал в групповом бомбоударе по портовым строениям в городе Варде, 1 мая, прикрывая торпедоносцы, подавлял противовоздушную оборону конвоя противника, обеспечил торпедирование двух транспортов водоизмещением 18—22 тысячи тонн и одного танкера водоизмещением 4—6 тысяч тонн. 5 июня 1943 года защищал наши корабли от огня вражеской береговой артиллерии в губе Большая Мотка, вел бой с четырьмя «мессершмиттами». Гитлеровцы подбили самолет Стрельцова, но он сумел «дотянуть» до своего аэродрома.

«Жгучая ненависть к врагу, высокое мастерство и неукротимая воля приносили Стрельцову победу в боях»,— написано в представлении Стрельцова к званию Героя Советского Союза. И далее: «Отличный летчик. Растущий талантливый офицер. Отважный, смелый, инициативный и грамотный воздушный боец. Смелостью, отвагой, мастерством Стрельцова гордится весь личный состав полка, на его примере командование воспитывает молодой летный состав».

Велик итог боевой деятельности Виктора Сергеевича Стрельцова. Он совершил 146 боевых вылетов, обеспечил переход без потерь 94 отечественных и союзных конвоев, сбил 4 и подбил 1 бомбардировщик противника, потопил танкер, транспорт, мотобот, повредил миноносец и мотобот, уничтожил бомбоштурмовыми ударами 9 танков, 45 автомашин с войсками и грузами, 2 железнодорожных эшелона, 8 самолетов противника на аэродромах, при взаимодействии с торпедоносцами обеспечил потопление 4 транспортов общим водоизмещением 24—26 тысяч тонн, танкера и тральщика.

Боевые заслуги коммуниста капитана Стрельцова были отмечены тремя орденами Красного Знамени, а 22 июля 1944 года ему было присвоена высшая степень отличия — звание Героя Советского Союза.

После войны Виктор Сергеевич продолжал служить в авиации. Он обучил летному мастерству немало молодых пилотов.

Весной 1947 года капитана Стрельцова не стало. Похоронен герой в родном городе Моршанске. В этом городе в 1919 году он родился. Здесь он учился в школе. Отсюда после окончания девятого класса по путевке комсомола был направлен в авиационное училище в городе Энгельсе.

Память о герое живет в сердцах его земляков. Одна из улиц города Моршанска носит имя Виктора Стрельцова. В городе установлен его бюст. Собран большой материал о подвигах летчика-коммуниста. На подвигах героя воспитываются нынешние и будущие защитники Родины.

Л.Г. Дьячков



Все новости Тамбова рано или поздно станут древностями.

Comments

Name (обязательно)

Email (обязательно)

Сайт

Speak your mind