Сороковые, роковые,
Свинцовые, пороховые…
Война гуляет по России,
А мы такие молодые!

Д. Самойлов.

Когда я впервые узнал о боевых делах летчика Александра Павловича Фролова, признаться, был поражен силой воли, мужеством, отвагой этого человека.

Он родился в селе Заворонежском Мичуринского района. В 1939 году окончил среднюю школу и одновременно аэроклуб в Мичуринске, а затем Чугуевское военно-авиационное училище. Двадцати лет встретил войну в составе 659-го истребительного авиационного полка 288-й авиадивизии 17-й воздушной армии. Сначала был летчиком-истребителем, затем командиром звена и, наконец, заместителем командира эскадрильи. Освоил двенадцать типов машин, сражался под Сталинградом и Харьковом, Запорожьем и Днепропетровском, Николаевом и Одессой, в небе Румынии и Болгарии, Югославии и Венгрии, Чехословакии и Австрии. Совершил 470 боевых вылетов. Сбил 13 вражеских самолетов лично и 7 в групповых воздушных боях. Грудь его в войну украсили три ордена Красного Знамени, ордена Отечественной войны I степени и Александра Невского, его трижды считали погибшим.

Разыскав адрес Александра Павловича, я написал ему письмо с просьбой рассказать о себе, о наиболее памятных боях.

«Это было в конце сорок третьего,— пишет Александр Павлович.— Наши войска освобождали Правобережную Украину. В одном из вылетов четверка истребителей сопровождала двенадцать штурмовиков во время налета на станцию Раздельная недалеко от Одессы. Четверку вел командир эскадрильи Михаил Тайч. Плотная облачность, плохая видимость осложняли полет. Но все же «илы» точно вышли на цель и сбросили на первом же заходе бомбы на станцию. Загорелось пятнадцать вражеских эшелонов, стоящих на путях, мощные взрывы потрясли окрестности. При втором заходе на штурмовку со стороны Одессы из облачности вывалились шесть «мессеров». Михаил Тайч по радио приказал мне в паре связать боем немецких истребителей, а сам остался прикрывать «илы». С младшим лейтенантом Очетковым мы завязали бой с той шестеркой, а тем временем наши штурмовики спокойно выполнили задание и на бреющем ушли на базу.

Ведя бой на виражах, часто ныряя в облачность, немцы решили с нами кончать: ведь превосходство врага было трехкратным. И в этот решающий момент я потерял из виду Очеткова. Проверяю облачность в надежде найти ведомого, но вместо своего товарища встречаю… гитлеровца. Мой «як» и «мессер» одновременно выскочили из облачности на одном курсе, крыло в крыло. Вот когда я рядом увидел ненавистного врага! Сознание схватывает все до мелочей: машину серо-мышиного цвета, черную свастику, кресты с белой полоской, желтый кок винта, червонный туз на моторе, сетку с наушниками на рыжей голове фашиста. В таком положении мы шли, набирая высоту, три-пять секунд. Потом я резко бросаю машину на немца; он скольжением уходит под меня, и завязывается бой на горизонтали. Тянем на высоту, с пятисот метров поднялись уже на четыре тысячи. Чувствую, что попался крепкий орешек. Вопрос: кто кого? Маневренность «мессершмитта» была хуже по горизонтали. Я страхую срыв и штопор: резко бросаю машину и захожу врагу в хвост. Немец идет на переворот и хочет уйти, но на высоте примерно тысяча метров я точным ударом из пушек и пулеметов «раздеваю» левое крыло вражеской машины, а второй очередью добиваю фашистский самолет. «Мессер» взрывается.

Ну, а где же был мой ведомый? У него был поврежден мотор, под прикрытием облачности он потянул на свою территорию и, надо сказать, чудом добрался до аэродрома: ведь вся машина была пробита пулями. Л вот почему немец оказался один, для меня осталось загадкой. Возможно, подбив самолет моего ведомого Очеткова, он хотел добить его, но, ворвавшись в облачность, наткнулся здесь на меня. Придя на аэродром, я узнал, что все наши «илы» возвратились целы и невредимы, успешно выполнив задание командования».

Запомнились отважному истребителю и бои зимой 1943 года под Харьковом на Северном Донце. В паре с младшим лейтенантом Филоновым он схватился с тридцатью «Мессершмиттами-110», пытавшимися бомбить наши боевые порядки. Три вражеские машины были сбиты в этой неравной схватке.

Навсегда остался в памяти и боевой вылет 19 февраля 1945 года.

Было это в Венгрии. Немецкое командование готовило контрнаступление в районе озера Балатон. Каковы силы врага, в каком направлении они движутся — все это немедленно должно было стать известным советскому командованию.

Командующий 17-й воздушной армией приказал выяснить обстановку. Задание было опасным и сложным. К тому же погода была нелетной. Выполнить приказ мог только первоклассный летчик. Пошла пара истребителей. Ведущий — Фролов. Вскоре ведомый передал по радио, что мотор не в порядке и он вынужден возвратиться на базу. Фролов остался один. Летел на километровой высоте, стараясь больше видеть. Самолет обстреливали немецкие зенитки и пулеметы. Но летчик упорно шел к цели, внимательно рассматривая все по пути. У самой цели самолет был подбит, заглох мотор. Пилот ранен в ноги и лицо. Прыгать с парашютом было бессмысленно, и Фролов решил посадить машину на лес. Сильный удар, треск сломанных деревьев. Больше ничего не осталось в сознании. Когда пришел в себя, огляделся: темно, какой-то сарай. Как сюда попал, летчик не помнил. Ощупал себя: оружие, ордена, удостоверение личности на месте. «Неужели плен?» Вскоре кто-то подошел к двери, щелкнула задвижка. Вынув пистолет, летчик приготовился к последней схватке. Дверь открыл пожилой человек, по виду крестьянин, и, как мог, стал объяснять летчику, куда идти. Уже позже Фролов вспомнил, что, будучи подбит, успел перетянуть через Дунай и упал на территории Чехословакии недалеко от города Братиславы.

Говорят, что, если человек хочет, он может сделать даже невозможное. Летчик сумел перейти линию фронта и через одиннадцать дней при всех наградах и с личным оружием прибыл в полк.

А тем временем мать получила сообщение из части о том, что ее сын «пропал без вести». Казалось, что судьба решила до конца испытать не только Александра Фролова, но и его мать. Ведь первое сообщение о гибели сына она получила в 1942 году, когда его дважды сбивали и считали погибшим. Но он каждый раз возвращался в свою часть.

Кончилась война. Капитан Фролов ушел в запас и уехал в небольшую башкирскую деревушку Ново-Константиновку, где жила Мария Прокофьевна Евтушенко — молодая сельская учительница, с которой он познакомился еще в сорок третьем году. В конце победного сорок пятого у них была свадьба.

Александр Павлович стал преподавать военное дело в местной школе. Учил детей и учился сам на заочном отделении Стерлитамакского учительского института. Окончив его, стал вести уроки биологии и химии. Он привык работать много и хорошо, как бывало на фронте. Стал директором школы в селе Казанке. По стопам родителей пошла и дочь Люба. Она — педагог.

Многое стерлось в памяти, многое позабылось. Но справедливо говорят, что время — сито, просеивающее историю. Прошли годы, и люди оценили, казалось бы, ушедшие в толщи архивных папок подвиги тех, кто, не думая о величии и славе, пройдя через губительный огонь войны, выполнил с честью свой гражданский долг.

В канун двадцатилетия победы над фашистской Германией были подготовлены материалы о присвоении звания Героя Советского Союза восемнадцати советским воинам, партизанам и участникам подполья, проявившим беспримерную доблесть и героизм в боях с врагом. Тринадцати из них — посмертно. К высшей степени отличия был представлен и Александр Павлович.

Когда были подготовлены все материалы к награждению и предстояло рассказать о новых героях, корреспондент «Красной Звезды» полковник Ф. Лушников приехал в Альшеевский район. Он повидал отважного воздушного аса, говорил о нем в райкоме партии.

«Фролов не просто учитель,— отозвался о нем первый секретарь райкома,— пишет Ф. Лушников.— Это наш неизменный помощник. Видели бы, как его уважает народ. Скромность у человека необыкновенная. Знаю его не первый год, и хорошо знаю — ведь на селе каждая черточка у человека на виду, но что он такие подвиги совершил — впервые слышу».

6 мая 1965 года Указом Президиума Верховного Совета СССР капитану запаса Фролову Александру Павловичу присвоено звание Героя Советского Союза.

Теплым майским днем тысячи людей собрались на районный сабантуй. Множество автобусов и грузовиков, легковых машин и мотоциклов. Празднично одетые люди, звуки оркестра. Народ радостно отмечает окончание весеннего сева.

На импровизированную сцену поднимается председатель Президиума Верховного Совета Башкирской АССР. Притихла толпа. Зачитывается Указ о присвоении звания Героя Советского Союза Александру Павловичу Фролову. Под гром аплодисментов на грудь отважного фронтовика прикрепляется Золотая звезда и орден Ленина.

Двадцать семь лет Александр Павлович учит детей. Его воспитанники стали инженерами, врачами, механизаторами и педагогами, строителями и солдатами. И всем он передает самое дорогое — любовь к своему Отечеству.

Л.Г. Дьячков



Все новости Тамбова рано или поздно станут древностями.

Comments

Name (обязательно)

Email (обязательно)

Сайт

Speak your mind