Утихла на время княжеская усобица. Тогда с юга пошли на рязанскую украйну половцы, чтобы снова тревожить едва-едва успокоившихся наших предков. На степных хищников пошёл рязанский князь Роман Глебович и изби много половец. Тем не менее половецкие набеги на наши украйны не прекращались до самого татарского погрома. В Никоновой летописи не раз встречаются указания вроде следующего: «Множество половец приходише на Рязань и много зла сотвориша и отыдоша восвояси».

Заключаем наши выписки из Никоновой летописи последним извлечением. «Лета 1257-го татарские численники и темники изочтоша всю землю Рязанскую». Перепись суровых завоевателей, без всякого сомнения, коснулась и нашего края, и может быть само наименование одного из наших городов (Темников) имеет связь с указанным нами событием…

Теперь я обращаюсь к Царственному Летописцу.

Несомненно, что во время княжеских усобиц XI — XIII вв. край наш, входивший в состав Рязанского и Муромского княжеств, принимал в этих усобицах самое живое участие. Точно так же был он ареною для бесчисленных боевых схваток русских дружин с хозарами, печенегами, болгарами и половцами. Таким образом, все тревоги удельно-вечевого периода были и нашим предкам не чужды. В названной нами летописи на 26-й странице, относительно второго обстоятельства, т.е. участия нашего края в борьбе с кочевниками, есть следующее указание: «Лета 1131-го князи рязанстии и муромстии много половец побиша и снидошася на сечу и бишася крепко».

Далее следуют в Царственной Летописи такие, однородные с вышеуказанным, известия: «В лето 1137-е убиша в Рязани в загоне богатыря печенежского Темир-хозю; а в лето 1148-е рязанский тысяцкий Константин многих половец поби в загоне».

В 1149 году, когда по всей русской земле шла кровопролитная война между Изяславом II и Юрием Долгоруким, в нашей стороне стояли полки князей Ольговичей и Давидовичей. В летописи об этом говорится так: «Ольговичи и Давидовичи сташа в вятичах и много на воинство их истомы прииде и кони у них охромоша».

На 103-й странице рассматриваемой нами летописи говорится о том, кого именно в 1226 году великий князь Юрий Всеволодович посылал на наших аборигенов — на мордву. «Лета 1226-го посла князь великий брата своего князя Святослава и Ивана Всеволодовича на мордву. Они же взяша множество сёл и возвратистася восвояси».

В 1228 году против нашей мордвы образовался союз из нескольких русских князей. На Пургасову волость и на русь Пургасову (это был мордовский владетельный князь) пошли князья Юрий, Ярослав, Василько, Всеволод и Юрий Давидович. «И идоша,— говорится про них в Царственном Летописце, — на мордву в Пургасову волость и многих посекоша мечем нещадно, а прочих в плен поимаша. Мордва же вбегоша в лесы в тверди свое». На основании этого летописного указания на мордовские тверди, т.е. крепости, мы, мне кажется, с полной основательностью можем утверждать, что те городища и городки, которых так много в северной части нашей губернии, представляют именно остатки бывших мордовских укреплений, которыми впоследствии, конечно, могли пользоваться и иные обитатели, например, казаки, сторожевые служилые люди и даже вольные гулящие люди…

В том же 1228 году, как только русские князья вернулись домой, Пургас собрал свою мордву и русь и пошёл на Нижний Новгород, но был отбит, причём нижегородцам помогал другой мордовский князь Пурешев сын. «Приидоша,— говорится в летописи об этом событии,— мордва с Пургасом к Нижнему городу и биша их новгородцы и изби мордву и русь Пургасову».

Русско-мордовские отношения крайне обострились как раз перед татарским нашествием. В 1232 году опять князь великий мордву воеваша и власти и сёла пожгоша.

Сравнительно с другими летописями, довольно обстоятельно Царственная Летопись рассказывает о нашествии на наш край татар. Это грозное событие описывается у летописца в таких сильных и резких выражениях: «В лето 1237-е татарове, разсвирепевша зело, начаша воевати землю Рязанскую с великою яростию и грады их разбивающе и люди секуще и жгуще и пленующе. И груди вырезываху, а с иных кожу сдираху и во огнь вметаху, а иным иглы за ногти бияху, и поругание черницам и попади, княгиням и болярыням, и простым жёнам и девицам пред матерьми и сестрами творяху»…

Страшная общерусская беда, сейчас описанная, началась с берегов нашей реки Воронеж и грозно расплылась и расширилась почти по всей земле, кроме Новгородской волости… Как известно, от батыевых татар никому и никакой пощады не было, поэтому в 1239 году дикие кочевники, называемые в наших летописях народом немилостивым, снова пришли в нашу сторону и взяша Батыевы татарове Мордовскую землю. Это было зимою, когда густые леса наши были не так дремучи и непроходимы…

Со временем понемногу утихали страдания нашей земли, причинённые Батыем. Водворялся порядок. Строились и у нас русские посёлки и церкви Божии понемногу строились. В начале XV века уже ясно было, что Золотой Орде недолго владеть русской землею.

Но в то же время народилось другое, хотя и меньшее общерусское горе. С юга беспрерывно грозили русским людям крымцы, и их набеги преимущественно совершались в пределах украинных, следовательно, и в наших местах, много-много видевших всяческого горя, только молчаливого… Первое известие о крымских разорениях в наших пределах относится к 1426 году. В Царственной летописи об этом сказано так: «В лето 1426-е приходиша татарове на Рязанскую украйну и возвратишася с полоном».

Подобные же летописные известия о наших окраинах относятся и к 1437, 1438 и 1442 году. «Много зла татарове,— говорит летописец,— сотвориша и отыдоша с полоном».

Впрочем, случалось иногда у нас и крымцам терпеть неудачи. Так, под 1454 годом в рассматриваемой нами летописи есть такое указание: «лета того Мустафа царевич (Крымский) прииде на Рязань со множеством ратию и много зла учинил и того же лета царевича Мустафу убили, а зима бысть люта и зла вельми и кони (татарские) вымерли».

Великий князь Василий Тёмный одолел татар при помощи мордвы, которая с XV в., по-видимому, окончательно примкнула к Московской державе. На 261-й странице нашей летописи мы читаем об этом следующие строки: «Приидоша на татар мордва с сулицами и с рогатинами, и с саблями, и с топоры, и бысть им бой велик и силен зело».

В 1455 году снова татарове воеваша мордву. Здесь сообщения Царственной Летописи о нашем крае кончаются. В заключение об этом замечательном памятнике древней письменности я могу сказать вот что. Там довольно нередки общие указания на разные русские бедствия. Например, в таком роде: «Бысть мор (или глад) по всей земле и тогда мног крик и вопль бысть». Думаю, что подобные летописные строки не чужды и нашему краю.

Прежде чем совсем кончить своё сообщение на избранную мной тему, я скажу ещё несколько слов о Русской летописи с Воскресенского списка (других летописей в нашем книжном складе нет).

В этой летописи смутно и слишком кратко говорится об участии рязанских полков в войне Андрея Боголюбского с болгарами, о войне половецкого союзника Глеба Рязанского с Всеволодом III и о Владимире Глебовиче Рязанском, поразившем половцев в передовом полку. На 185-й странице Воскресенской летописи находятся следующие строки, имеющие отношение к довольно часто упоминаемой нами мордве: «Лета 6736-го (1228-го) князь великий Юрий и Ярослав идоша на мордву в землю Мордовскую в Пургасову волость и жита пожгоша и потравиша, а скоты избиша, и мордва вбегаша в лесы во тверди своя».

Вот и всё, что я мог извлечь из названных мною летописей по истории нашего края.

Я счёл долгом своим сделать этот краткий летописный свод с той целью, чтобы наши архивные работы, захватывающие эпоху не ранее XVI века, поставлены были в некоторую историческую связь с предшествовавшими веками…

Назад

«Известия тамбовской учетной архивной комиссии», №4



Все новости Тамбова рано или поздно станут древностями.

Comments

Name (обязательно)

Email (обязательно)

Сайт

Speak your mind