У учителя 2 Иноковки Владимирова как будто «все в порядке». Социальное происхождение – сын сельского фельдшера. Стаж учительской работы – 17 лет. В течение 6 лет бессменно избирается членом сельсовета. По распространению займа индустриализации был первым среди окружающих учителей. Во время хлебозаготовок организовал 2 красных обоза по 500 пудов. В ноябре 29 г. организовал в Перво-порядковском обществе колхоз и первым записался в него. Но общественник Владимиров не только работал – он не боялся выступать с критикой местных работников и местных порядков. И получил соответствующую «поддержку».

–Обвинение в «антисоветской агитации».
–Марку «бывшего офицера», которым он никогда не был. Обыски и предварительное заключение в ИТД, 28 статью.

«Антисоветская агитация» Владимирова заключалась в следующем.

В мае 29 года ячейка партии выдвинула в приказчики корпоративной лавки комсомольца Дубовицкого, который будучи председателем вольно-пожарной дружины, присвоил себе 10 рублей.

Владимиров выступил против кандидатуры Дубовицкого, предупреждая, что человек не прошедший мимо десятки, вряд ли может быть надежным там, где лежат сотни.

Выступление это признали «антипартийным». Дубовицкого послали на работу в кооператив и... через полтора месяца сняли его оттуда, исключили из КСМ, отдали под суд за растрату 400 рублей.

На собрании по чистке партячейки Владимиров указал, что секретарь ячейки Крылов взял неверную линию в отношении учительства, не всех привлекает в общественной работе. Это выступление также было «учтено».

При выборах предгруппкома рабпрос Владимиров предложил заменить кандидатуру партийки Ряшиной, которая, но его мнению, не могла из-за болезни справиться с работой, кандидатурой партийца Горшенева. Но Ряшину выдвигала ячейка и потому ее избрали (а через 3 недели она отказалась работать по болезни). Владимирову же «зачли» выступление против предложения ячейки.

Против Владимирова организовали травлю по мелочам, булавочными уколами. Он оказался толстокожим и не бросал общественной работы. Тогда решили «бить обухом».

27 ноября Владимиров поехал в село Курдюки повидаться с приехавшим из Красной армии шурином – и кстати захватить оставшиеся у сестры свои вещи: седло и две камеры к велосипеду, детское одеяло и ботипки. Иноковская власть вод руководством упол. РКК Королева установила слежку и на обратном пути с Владимирова и его возчика сняли тулуп и отобрали указанные выше вещи, составив акт об «укрывательстве» Владимировым «кулацкого имущества».

Тулупы передаются на хранение соседу Владимирова – беспробудному пьянице. Владимирову удается уговорить соседа отдать ему один тулуп под расписку. Об этом узнает отсек ячейки Крылов, забирает с собой пьяницу Кунакова и идет ночью к Владимирову с обыском. Тулуп торжественно отбирают обратно и уходят, чтобы утром снова нагрянуть с обыском.

Обыски нечего не дают, но уже одного этого факта оказывается достаточно для того, чтобы арестовать Владимирова, предъявить ему обвинение в «антисоветской агитации», укрытии «кулацкого имущества», «офицерском прошлом», и отправить его в ДОПР.

В начале января отчаявшись в возможности вырваться из-под ареста и доказать свою невиновность, Владимиров прислал письмо в редакцию «Тамб. Пр.» с просьбой помочь ему, с указанием на гонение его, как общественника. Редакция направила письмо прокурору Кирсановского р-на, и 28 января получила ответ.

«На место выезжала комиссия райкома, которая не установила гонения. Выводы ее можно запросить в райкоме. Вторично эту работу проводить нет необходимости».

Редакция срочно запросила у РК выводы комиссии. Ответа не последовало, но Владимиров был освобожден из-под ареста (после 3 м. 8 дн. заключения) «за недостаточностью улик».

Освобождение и появление Владимирова в Иноковке грозило большими неприятностями засадившим его «властям». И власти под руководством ячейки начали искать «выход из положения». В два счета Владимирова подвели под 23 статью. Еще бы: сам и жена (учительница) получают жалованье, имеют на 7 едоков корову и земельный надел и дом крытый железом. Чем же не кулак?

13-го февраля Владимирова «раскулачивают», то есть предлагают в полтора часа выселиться из дома и отбирают все вплоть до мячика, которым в момент «раскулачивания» играл его младший сынишка. Потом ставят вопрос о лишении его избирательных прав. В изъятом у Владимирова доме поселяется новый завшколой отсек ячейки КСМ Кунаков и кстати забирает себе картины, альбом, постель и варенье Владимировых.

Отсек ячейки и прочие партийцы в кавычках торжествуют... до тех пор, пока в дело не вмешивается новая комиссия райкома и прокурор.

Сейчас Владимирову возвращено все его имущество за исключением огурцов, варенья и капусты, которую съели «помогавшие при изъятии имущества крестьяне». Но кто возвратит ему потерянное здоровье и желание быть застрельщиком в проведении мероприятий партии и соввласти?

Как отразится эта безобразная травля учителя, общественника и колхозника, при попустительстве районных властей, на других учителях, отдающих все свободное время на общественную работу?

Мы требуем немедленного суда над всеми, кто травил учителя Владимирова и кто своей халатностью, бездушием, бюрократическим отношением способствовал этим поистине бандитским приемам иноковских заправил.

Немедленного и жестокого. Чтобы раз и навсегда отбить у всех боящихся самокритики охоту поднимать руку на учителя-общественника.

Чудак

«Тамбовская правда», 9 марта 1930 года.

Продолжение истории.



Все новости Тамбова рано или поздно станут древностями.

Comments

Name (обязательно)

Email (обязательно)

Сайт

Speak your mind