Однако, не смотря на некоторое оживление Тамбовской жизни во времена Державина и отчасти в начале Александровского царствования, местная культура пребывала в самом жалком состоянии. Это видно из следующего.

В 1803 году вышло правительственное распоряжение, чтобы в губернских городах не было домов, крытых соломою, и чтобы начальство приняло все меры к искоренению такого безобразия, соединенного с опасностью от пожаров. И вот, в видах осуществления этого распоряжения, Тамбовский губернатор Палицын приказал полиции снять в г. Тамбове все соломенные крыши. Тогда наш город, вследствие слишком рьяного полицейского усердия, внезапно представил картину почти полного разрушения: точно ураган пронесся над Тамбовом и сорвал с него чуть не все крыши... Поневоле пришлось, после этого, дозволить снова крыть дома соломою, или дерном, даже на главных улицах.

В то же время Тамбов отличался совершенным отсутствием каменных мостовых и тротуаров. Правда, на некоторых улицах делали насыпи из глины, песку и мелкого щебня, но от этого жителям не было лучше. Лишь только начинались осенние дожди, как насыпи расползались врозь и превращались в грязь, непроходимую для пешеходов и затрудняющую проезжающих в экипажах. С наступлением же лета на всех улицах показывались глубокие ямы, колеи и рвы, от которых пешим и конным было еще хуже, чем от грязи.

Первая попытка к мощению Тамбова сделана была по распоряжению Г.Р. Державина. С Тамбовских обывателей собрали 140,000 рублей и заготовили уже бутовый камень, но вследствие отставки Державина дело стало и камень пролежал без употребления около 40 лет.

Освещение улиц в Тамбов в начале настоящего столетия было такое же жалкое, как и состояние путей сообщения. Кое-где по улицам виднелись фонари с разбитыми стеклами и на гнилых столбах. Некоторые из них валялись на земле и никому не приходило в голову поднять их. Вследствие этого, при совершенной темноте, наступавшей в безлунные ночи, открывался полный простор для воровства и разбоев.

К довершению городского безобразия обыватели свободно вывозили со дворов навоз к собору и тут, в центре города, возвышались на берегу Цны целые смрадные горы. А иные жители бросали навоз прямо в реку, которая и без того никогда не отличалась доброкачественностью воды.

Неудивительно после этого, если Тамбовские общественные и казенные здания поражали Петербургских правительственных ревизоров своею крайнею неопрятностью и совершенным беспорядком. Это так шло к общему характеру города Тамбова.

В 1805 году чиновник министерства внутренних дел Виен ревизовал Тамбовские заведения приказа общественного призрения и вот в каких выражениях доносил он министру В.П. Кочубею о губернской тюрьме: «тюремный острогь въ Тамбове находится въ самомъ дурномъ состоянии, ибо все колодники помещены въ двухъ тесныхъ и сырыхъ казармахъ, где не только варятъ для нихъ пищу, но оставляютъ заразительныхъ больныхъ и женщинъ въ родахъ.»

«Смирительный и рабочий дома,— доносил тот же чиновник,— находятся въ одинаковомъ состоянии съ острогомъ и помещаются въ одной казарме. И замечательно, что о всехъ сихъ обстоятельствахъ неоднократно губернскому начальству было доносимо безъ всякаго успеха».

Жалкое состояние зданий Тамбовского приказа общественного призрения обратило на себя внимание Петербургского начальства. «Увидя,— писал по этому поводу министр внутренних дел Кочубей Тамбовскому губернатору Кошелеву,— съ величайшимъ удивлениемъ безпорядки, столько существенные в заведенияхъ, на пользу человечества устроенныхъ, необходимымъ почелъ я по долгу своему просить ваше превосходительство доставить мне подробное объяснение о причинахъ сихъ неустройствъ и о средствахъ къ немедленному ихъ исправлению» .

В ответ на это Кошелев оправдывался тем, что, в бытность г. Виена в Тамбове, он уезжал в Липецк, следовательно беспорядки в приказе общественного призрения произошли помимо его. Кроме того он сваливал свою вину на тогдашнего губернского прокурора, человека весьма нерадивого.

Как бы то ни было, Петербургская ревизия осталась без всяких последствий. Больные арестанты по-прежнему лежали в тюремных казармах на голых досках, без подушек, и тут же по необходимости производили, все естественные отправления. Равно и внешнее благоустройство города долго не изменялось к лучшему. В 1817 году Тамбов был посещен великим князем Михаилом Павловичем, при этом высокому гостю представили рапорт о состоянии города, из которого мы видим, что в Тамбове на 16 тысяч жителей каменных двухэтажных домов было только 3. Когда великому князю понадобилось кое-что купить для стола, то в городских лавках подходящего товара не оказалось, так что чай, вино и разные закуски выписали для великокняжеского обихода по почте из Москвы *).

В настоящее время город Тамбов, по количеству городских доходов (более 200,000 рублей), занимает одно из видных мест в империи. Еще большего внимания он заслуживает по способу расходования городских сумм. Тамбов тратить ежегодно на дело народного просвещения около 60,000 рублей и таким образом по своему сочувствию к народной школе представляется нам не только единственным во всем русском царстве, но и весьма заметным городом в Европе. А это дает нам основание предполагать, что со временем Тамбовская культура разовьется на самых широких основаниях. Между тем в начале текущего столетия всего менее можно было ожидать от нашего города существующего развития городской жизни. В 1804 году в Тамбове всех городских доходов было только 4680 рублей, которые главным образом получались с городской земли и с торговых свидетельств. При этом главные расходы шли на полицию, например, одному полицмейстеру платили в год по 500 рублей. Тем не менее Тамбовский полицейский институт в 1804 году был до того неудовлетворителен, что в полицейской службе по наряду принимали участие даже мещане и однодворцы, которым городские власти обыкновенно поручали охранение колодников.

*) В описываемое нами время всех жителей в Тамбовской губ. было 1,041,983 человека. От озимых яровых посевов получено четвертей 8,742,609. Городской расход города Тамбова равнялся 10,000 рублей. Домовладельцы 1-го класса платили в городскую казну с сажени по 4 коп., 2-го — по 1 коп., 3-го — по две четверти коп. С лавок 1-го класса брали по 25 коп., 2-го — по 15 коп. 3-го — по 10 копеек.

Назад | Оглавление | Далее



Все новости Тамбова рано или поздно станут древностями.

Comments

Name (обязательно)

Email (обязательно)

Сайт

Speak your mind